Зелёных и Серых Клыков (и одного рослого молчаливого Летучего) вереницей свели по трапу. Лощинцы безмолвно наблюдали, как Клыки, понурые и со скованными лапами, брели через город, который разрушили их сородичи. Это зрелище вызывало у людей столько чувств, что словами выразить ничего не удавалось.
Зал совета сильно пострадал, но старое дерево устояло и сберегло Твердыню от полного разрушения. Когда растащили обломки, загородившие дверь в подземелье, Кальмар и Тумак отвели пленников в камеры. Джаннер последовал за ними, чувствуя необъяснимое желание быть рядом с братом.
Когда они дошли до дальнего коридора, послышалось утробное рычание Нюхло – Клыка, который сидел там уже давно. Кальмар остановился, подёргивая ушами.
– Что это? – спросил Тумак.
– Ничего, – сказал Кальмар.
Он провёл вереницу пленных мимо камеры, не посмотрев на неё. Но Джаннер, шагающий в хвосте процессии, остановился и заглянул в зарешечённое окошечко. Съёжившееся, жалкое создание выглядело гораздо хуже, чем в тот день, когда Джаннер увидел его впервые. Грязный, в проплешинах, Клык скорчился в углу, как безумный мотая головой. Как будто всё человеческое в нём исчезло без следа и остался лишь дикий зверь.
«Неудивительно, что Кальмар испугался», – подумал Джаннер. Брат боялся стать таким же. Неужели всех Клыков ждало тёмное безумие – и Кальмара тоже?
Тумак развёл пленников по отдельным камерам и запер двери. Убедившись, что им не выбраться, он вывел мальчиков из подземелья:
– Ну, ученик, что ты теперь намерен делать?
– Не знаю, – ответил Кальмар. – Мне не хочется их убивать.
– Но тебе ведь известно, что им станет хуже. Как той твари, которая там сидит.
– Да. Если их не исцелить.
– Зачем тебе это? – спросил Тумак.
– Наверное, затем, что я не Наг.
– Ты правда думаешь, что они хотят измениться?
– Не все. Но если кто-то хочет, то… может быть, есть надежда. Может быть, среди них есть анниерцы, скриане и даже лощинцы, которые жалеют, что стали Клыками.
– Ничего не выйдет. – И с этими словами Тумак вышел, оставив братьев одних.
Кальмар вздохнул и сел на каменную глыбу, рухнувшую с потолка:
– Джаннер, ты тоже считаешь, что это глупо?
Джаннер сел рядом:
– Нет. Но всё-таки мне очень интересно, что ты задумал.
– Нужно вернуться на Анниеру.
– Конечно. На прекрасный Сияющий Остров, – с кривой усмешкой сказал Джаннер и поддал ногой камешек. – Наверное, к дыму со временем можно привыкнуть.
– И к холмам, покрытым пеплом. Очень красиво.
– Не забудь про замок Ризен. Говорят, его развалины просто очаровательны весной…
Кальмар перестал улыбаться и тоже пнул камешек:
– Честно говоря, я совсем запутался.
– Что бы ты ни задумал – я с тобой, – сказал Джаннер и ткнул брата в плечо. – Кто-то же должен выручать тебя из беды.
Братья нашли Нию и Лили возле Великой библиотеки: мать и сестра помогали измученному Оскару разбирать промокшие книги. Лощинцы вновь принялись за разбор завалов, и на улицах звучало пение.
– Мама, мы скоро уедем? – спросил Кальмар.
Ния оторвалась от груды книг и удивлённо взглянула на сына:
– Уедем? Куда?
– Я хочу домой.
– На Анниеру? – Ния посмотрела на детей, потом на Оскара, по пояс заваленного книгами. – Я так надеялась это услышать. Оскар, поедем с нами?
– А книги? – отозвался тот, не отрываясь от работы.
– Решайте сами. Мы будем рады вам в любое время. Боюсь, на Анниере книг не осталось.
– Здесь столько дел… – Оскар снял очки и указал на кипы книг. – Я обязательно приеду. Вот только решу, куда поставить «Избранные пьесы, стихи и рецепты овсянки». Столько вариантов, знаете ли. Можно отправить эту книгу в отдел поэзии – но она будет уместна и в отделе лощинной кухни. Ох, сколько работы!
– И никто лучше вас с ней не справится, – сказал Кальмар. – Вы нужны в Бан Роне.
– Но… – начал Оскар.
– Это приказ короля, – перебил Джаннер.
Кальмар широким жестом обвёл разбросанные книги:
– Бан Роне необходим старший библиотекарь.
Оскар кивнул:
– А Анниере – король. Дайте я обниму вас, – сказал он, шмыгнув носом. – Я должен вас обнять! – Он попытался выбраться из груды книг, но не смог, и ребятам пришлось пробираться к нему. Они крепко обняли старика. Оскар прижимал их к груди, приговаривая: – Как выразился… – Но ему не удалось договорить до конца ни одной цитаты.
– Скоро увидимся, – сказал Джаннер.
– Ох, надеюсь, – ответил Оскар.
Ния потянулась к нему, отвела в сторону седую прядь и поцеловала Оскара в лысую макушку. Тот замер от неожиданности, а потом низко поклонился.
Глядя вслед Ние и Сокровищам Анниеры, которые шагали к пристани, Оскар заплакал.
Ветрокрылы мало кому сказали, что уезжают. Лили непременно хотела проститься с Торном; она свистнула собаку и отправила её за мальчиком. Торн появился на причале, а с ним – Бакстер и Франкль.
– Уезжаете, значит, – сказал он.
– Да. Но не навсегда. Просто мы…
– Я понимаю. Сейчас папашу позову. – Не говоря больше ни слова, Торн оставил собак с Лили и зашагал прочь.
Вскоре Торн вернулся вместе с отцом и братом.
– Ехайте спокойно, ваше величество, – сказал Биггин.
– Езжайте, – тихо поправила Ния.
