В танце вела Гульвен. Заметив приближающиеся корабли, драконица запела громче всех и полетела к ним. Когда она проносилась над кораблём, Джаннер услышал мелодию свистоарфы, вплетённую в звуки драконьей песни.
– Лили! – закричал Джаннер, и братья замахали, увидев на спине у Гульвен сестру. Девочка что-то крикнула в ответ, но драконья песня заглушила её голос.
Драконы – одни летели, другие плыли – сопровождали корабли, приближающиеся к берегу в ярких лучах солнца. Расщепки на палубах радосто кричали и ревели, изо всех сил стараясь подпевать, а Клыки затыкали уши и морщились.
Гульвен приземлилась, и Лили сошла на причал и, не скрывая восторга, заковыляла к матери.
Когда мальчики приблизились, Ния обняла их так, словно они не виделись много лет.
– Надеюсь, вы знаете, что делаете, – негромко сказала она, увидев первых Клыков, сходящих на сушу.
Драконы молча кружились в воде, с любопытством наблюдая, как Клыки и расщепки медленно и неуклюже швартуются и высаживаются на берег. Одни прыгали за борт и плыли, другие медлили, всё ещё сомневаясь.
Кальмар, стоя на причале, помахал Гульвен. Та подняла голову и заглянула ему прямо в глаза. Джаннер не слышал слов брата, но голос Гульвен зазвучал у него в голове:
«Да, король Кальмар, принесу утром».
Гульвен кивнула и уплыла.
Кальмар подбежал к Нии и Джаннеру в ту самую минуту, когда появился Кэдвик.
– Моя королева, – произнёс человек-конь. – Как приятно вернуться домой.
– Это Арундель, – представил Джаннер женщину-дерево, и та приблизилась, осторожно и ласково касаясь корнями земли.
– Арундель, – с улыбкой произнесла Ния. – Прекрасно тебя помню.
– Ваше величество, – на сером лице Арундели появилась улыбка. – Я бы поклонилась, но… – Её листья затрепетали, и, смеясь, она слегка согнула ствол.
– Мои сыновья сказали мне, что ты королева расщепков.
– Да, – ответила Арундель. – Но лучше я буду до конца жизни служить тебе и твоей семье, чем ещё хоть один день управлять Расщепбергом.
– Старшина Кэдвик, – попросил Кальмар, – вели расщепкам и Клыкам собраться поутру в замке Ризен.
– И что будет?
На лице Кальмара вновь мелькнула грусть, и он ответил:
– Я сдержу обещание.
Ния и Джаннер с тревогой переглянулись. В это время к ним вразвалочку подошёл Торн.
– На, держи, – сказал он и подал Лили костыль.
– Спасибо, – покраснев, ответила та. В последнее время Лили вообще часто краснела. – Ты пойдёшь в замок с нами?
– Я пока останусь тут и помогу папаше и Кельви разгружать припасы. Сегодня заночуем на корабле. – Торн ухмыльнулся, и Джаннер понял, что впервые видит младшего О’Салли улыбающимся. – До завтра, Поющая дева.
Лили зарделась, а Торн и его собаки направились к причалу.
– «До завтра, Поющая дева», – писклявым голосом передразнил Кальмар, и Лили ткнула брата в плечо.
– Надо двигаться, если мы хотим добраться до замка засветло, – сказала Ния. – Кальмар, по дороге объяснишь мне, что творится.
Ветрокрылы шли в замок Ризен вдоль полей, покрытых белыми цветами, а Клыки и расщепки остались на берегу.
Джаннер и Кальмар рассказали Нии о собрании Клыков на Поле Финлея и о путешествии в Расщепберг. После этого Ветрокрылы некоторое время молча шагали вдоль реки Ризен. Небо окрасил закат, и белые цветы стали розовыми; в реке плескалась рыба. Джаннер был счастлив как никогда и радовался всякий раз, если его взгляд падал на что-нибудь красивое. Маленькие сконки шныряли между пнями и щипали свежую траву, фендрилы парили над головой, совы с уханьем носились среди обугленных стволов, охотясь за мышами. Остров сгорел, но не умер.
Дорога, удаляясь от моря и от реки, постепенно шла на подъём. Вокруг замка виднелись свежие тропинки, протоптанные среди белых цветов, как будто Ния и Лили уже начали вписывать новую главу в историю острова. Очертания Анниеры казались Джаннеру приятными и мягкими; холмы здесь были не такими высокими, как в Зелёных лощинах, но всё равно довольно внушительными – они виднелись в море за несколько миль.
– Я всё ещё не понимаю, что происходит, – сказала Лили, когда вечером они уселись вокруг фонаря в подвале. – Ты что, просто дашь Клыкам новые имена?
– Вроде того, – ответил Кальмар. – Создатель… – он смущённо взглянул на мать. – Создатель сказал – я сам пойму, что делать, когда настанет время.
– Откуда ты знаешь, что Клыки не передумают и не нападут на нас? – спросила Ния.
– Я не знаю. Но ты же их видела. Они растерялись. Теперь, когда Наг ими не помыкает, они понятия не имеют, как жить.
– А если они сойдут с ума? – поинтересовалась Лили. – Как это было с тобой. И с дядей Артамом.
