Джаннер понял, о ком речь. Братья спустились глубже в подземелье и заглянули в камеру Нюхла. Ободранный зверь, скорчившись в углу, злобно наблюдал за мальчиками.
– Кальмар, это плохая идея. Он слишком опасен.
– Я рискну, – сказал Кальмар и широко распахнул дверь.
Джаннер попятился и достал меч из ножен. Но существо не сводило глаз с лица Кальмара и не двигалось – только прерывисто дышало. Кальмар присел перед ним и протяул руку. Нюхло съёжился, однако позволил мальчику дотронуться до его плеча.
– Я отвезу тебя домой. Можно?
Клык не двигался, и это было ответом. На глазах у Джаннера Кальмар нагнулся и осторожно взял Клыка на руки. Нюхло оказался совсем хрупким, и мальчик легко вынес его из темницы. Передав Нюхло первому попавшемуся Серому Клыку, он велел:
– Позаботься о нём. И пожалуйста, проследи, чтобы его накормили и напоили.
Серый Клык взглянул на измученное существо и кивнул; Джаннеру показалось, что в глазах полузверя была жалость.
Лощинцы, спрятавшиеся в полуразрушенных домах, смотрели из окон, как мальчики в торжественной тишине вели своё полчище на берег, где ждал Биггин О’Салли. Биггин был потрясён не меньше Тумака.
– Вот что, король Кальмар, – сказал он, с подозрением глядя на Клыков, – я старался найти помощников, но никто не пожелал покидать Бан Рону. Ведь у нас и тут хлопот полон рот. Честно говоря, – добавил он, – мне и самому неохота уезжать.
– Теперь нам хватит помощников, – пообещал Кальмар.
– Я-то поеду с вами, – продолжал Биггин, – но ненадолго. Помогу вам обустроиться – и назад. Это всё для вас. – Он указал на груду припасов – мешки с картупелем, клепенсинами, сладковицей, семенами пеструшки и багрюка, несколько ящиков с сушёными фруктами и целую кучу мотыг, грабель, пил и молотков. На берегу ждала свора собак.
– Люди очень хотят помочь Анниере, но, боюсь, пока они не могут бросить свои дела.
– Мы благодарны вам, – сказал Джаннер. – Правда, Лили страшно расстроится, если Торн уедет.
– Ну, я бы об этом не беспокоился. Мой парень твёрдо намерен на ней жениться, когда они вырастут. Он её любит, зуб даю.
Поскольку было ясно, что лощинцы желают поскорей спровадить Клыков и расщепков из города, Старшина Кэдвик, не тратя времени даром, велел грузиться на корабли. Джаннер помог разделить пассажиров на группы и выяснил, кто из Клыков умеет управлять судном. К рассвету все суда были нагружены и вышли в море. На борт последнего корабля поднялись Джаннер, Кальмар, Биггин О’Салли, Старшина Кэдвик и его семейство, королева Арундель, несколько её крошечных приближённых, похожих на швапов и горлоласточек, а также команда, состоящая из Зелёных и Серых Клыков.
Джаннер отдал приказ отчаливать, и только тогда лощинцы вышли из домов, чтобы посмотреть, как флот выходит за Морские клешни в Тёмное море Тьмы. Джаннер не винил жителей лощин за недоверие – их раны были глубоки и вряд ли могли исцелиться быстро.
Клыки, к удивлению Джаннера, утром не казались такими злыми, как накануне вечером. Видимо, они привыкли исполнять приказания. Раньше они следовали примеру своего злого вождя Нага – теперь, подчинившись Кальмару, они невольно подражали его доброте.
Конечно, время от времени слышалось рычание; кое-где вспыхивали и драки. Несколько Клыков, передумав, прыгнули за борт и поплыли к берегу, чтобы присоединиться к своим товарищам, ушедшим в лес. Кальмар никого не удерживал; даже если Клыки доберутся до берега, там их встретят разъярённые лощинцы. Но спустя несколько часов Клыки успокоились, и даже те, кто ещё сомневался, поняли, что обратной дороги нет.
Кальмар держался наособицу. Он отвечал, когда к нему обращались, и улыбался, когда Джаннер выражал тревогу. Что-то было не так, но в любом случае Джаннер не мог отрицать, что в целом всё идёт хорошо. Старший брат никогда ещё не видел Кальмара таким сдержанным и спокойным, даже если этот покой окрашивала загадочная грусть. Когда Кальмар ушёл в капитанскую каюту, Джаннер последовал за ним. Ему хотелось быть рядом с братом, и хотя они обменялись лишь парой слов, Кальмар не возражал против его общества.
Спустя несколько часов в дверь постучал Кэдвик.
– Ваше величество, – сказал он. – Земля.
Братья подошли к борту вместе с Кэдвиком и Арунделью. Её листья становились ярче с каждым часом и шелестели на морском ветерке, раздувающем ветви словно длинные пряди серебристо-зелёных волос.
– Я помню, – произнесла она. – Утёсы. Белые берега. Зелёные холмы. Музыка, летящая по ветру.
– Слушайте! – воскликнул Кальмар.
Негромкая мелодия поднялась из моря и окружила их как туман. Когда впереди показалась гавань, Джаннер заметил в бухте алые, синие, золотые и зелёные проблески. Морские драконы кружились над водой. Они пели и танцевали, как делали это каждый год у Глибвудских утёсов, – но теперь, вырываясь из воды, они парили в воздухе на золотистых крыльях, кувыркались и, прежде чем вновь погрузиться в море, описывали круги высоко над волнами.
