– Боюсь, так и будет, если мы промедлим… – Кальмар вздохнул и уставился на потолок, озарённый светом фонаря. – Я могу сказать лишь одно: Создатель велел мне привести их сюда. Я знаю, что происходит в голове того, кто становится Клыком. Это ужасно. Тёмная, бездонная пустота… и кажется, что единственный способ выжить – спеть песнь и принять превращение. Мне стыдно, что я почти не сопротивлялся на Фубских островах, но я был растерян и утратил надежду, – он закрыл глаза. – И, если честно, отчасти я действительно хотел обрести силу, которую обещала Хранительница камней. Я думал, что это лучше, чем пытка или смерть. Когда надежды нет, всё становится с ног на голову. Сердце желает совсем не того, что нужно.
– Значит, ты думаешь, что Клыки могут снова стать добрыми? – уточнила Ния.
– Не знаю, – сказал Кальмар и с досадой помотал головой. – Точнее… знаю. Это очень трудно объяснить. Пожалуйста, просто поверьте мне.
– Я тебе верю, – заявил Джаннер. – Но, признаться, боюсь завтрашнего дня.
– Я тоже, – ответил Кальмар.
– Ну а я думаю, что вы очень храбрые, – спокойно сказала Лили, укладываясь. – Никто другой даже не подумал бы помочь Клыкам… – она зевнула. – Жаль, что дедушки нет.
– Мне тоже жаль, – кивнул Кальмар.
Ния задула свечу и легла рядом с Сокровищами Анниеры.
– Я люблю вас, – сказала она. – Давайте спать. Посмотрим, что будет утром.
– Завтрак, – сонно отозвался Кальмар.
Джаннер долго лежал без сна. Он думал о Святилище Огня, находящемся по ту сторону старинной двери, – о мире, состоящем из света. Ему очень хотелось открыть эту дверь, чтобы свет хлынул наружу.
Он тщетно гадал, о чём думал Кальмар. А главное – отчего брат выглядит таким встревоженным и почему его собственное сердце ожидает утра с необыкновенным волнением.
Они наконец вернулись домой – но Джаннер даже в самых безумных фантазиях не мог представить, что они будут спать в развалинах замка Ризен, а на острове соберутся тысячи Клыков и расщепков.
Он проснулся до рассвета, встревоженный сном, который тут же улетучился из его памяти. Джаннер сел и вдруг понял, что Кальмара нет. На цыпочках обойдя Нию и Лили, мальчик поднялся по лестнице.
Звёзды светились так близко, что ему захотелось коснуться их. Было прохладно и безветренно, весь мир затих в предвкушении восхода.
Джаннер бродил по руинам замка, стараясь не нарушать тишину, а потом залез на полуобвалившуюся стену, откуда было видно равнину. Она слабо сияла от света звёзд, отражающегося в чашечках цветов.
И тогда он заметил Кальмара – тень, бредущую по склону. Джаннер не стал окликать брата; некоторое время он наблюдал за ним, размышляя, чем тот занят. Затем он увидел, что Кальмар направляется к нему. Ну конечно. Зрение и нюх, скорее всего, дали Кальмару знать, как только Джаннер вылез из подвала.
Кальмар тихо как тень подошёл и встал рядом с Джаннером, глядя на россыпь звёздных цветов.
– Мне страшно, – произнёс он.
Сказать Джаннеру было нечего; утешить брата он мог только своим присутствием. Мальчики сели, прислонившись к остаткам стены. У Джаннера в голове роем вились вопросы и сомнения, и ему не спалось, но Кальмар задремал. Он опустил голову, почти уткнувшись носом в грудь, а потом повернулся и привалился к плечу Джаннера. В обычное время Джаннер отодвинул бы его, но на утренней прохладе сидеть рядом с покрытым шерстью Кальмаром было тепло и приятно. К тому же Король-волк, несмотря на всю свою храбрость и новообретённый авторитет, по-прежнему оставался одиннадцатилетним мальчиком. Джаннер обвил рукой братишку и прижал его к себе.
Пламя зари охватило небо и согрело Сияющий Остров. Солнечные лучи, показавшиеся из-за горизонта, тёплым золотым сиянием окутали братьев, которые спали, прислонившись друг к другу, среди камней.
Джаннер открыл глаза, зябко потянулся и толкнул Кальмара:
– Эй, проснись. Они пришли.
– Мммф? – спросил Кальмар, облизываясь.
Джаннер встал и потянул брата за собой:
– Смотри.
У подножия замкового холма собралось скопище Клыков и толпа расщепков. Между ними стояли немногочисленные люди. На лицах у всех читалась надежда.
Затем мальчики заметили озарённое восходящим солнцем крылатое существо, которое летело к ним.
– Гульвен, – сказал Кальмар. – Вот здорово!
Драконица облетела руины замка Ризен и приземлилась рядом с мальчиками, обдав их порывом воздуха. Сложив крылья, она кивнула братьям, и в голове у Джаннера зазвучал её голос: «Я отыскала камень. Что мне с ним делать?»
– Она принесла камень? – спросил Кальмар, зевая.
– Да.
Кальмар ласково коснулся морды Гульвен:
– Спасибо. Оставь его здесь и возвращайся в море. Спрячься и не выходи, пока не поймёшь, что всё хорошо.
Гульвен помедлила, глядя в глаза Кальмару.
«Что ты намерен делать, Король-волк?»
– Она хочет знать, что ты собираешься делать, – сказал Джаннер, и его тревога росла с каждой минутой.
Почему Кальмар велел драконице прятаться? А как же остальные?
– Кальмар…
– Не бойся, – сказал тот. – Только не пой. Это может быть опасно.
Гульвен обдала мальчика тёплым дыханием:
«Хорошо. Помоги тебе Создатель».
