– Вот именно, – произнёс Армулин, улыбаясь детям. – Так чувствуют себя анниерцы в изгнании, по ту сторону Тёмного моря Тьмы. Вот что я имел в виду, когда сказал, что драконы в ком угодно могут пробудить анниерца.
Сара подняла руку как в школе:
– Значит, вы анниерец? У нас все об этом спорили.
Армулин подмигнул:
– Возможно.
Сара обвела взглядом незнакомые лица:
– Откуда взялись эти дети?
– Отовсюду.
Почему бард отвечает так уклончиво?
– А точнее?
– Из самых разных мест. Я ведь странник. Прошлым летом я кое-что – кое-кого – увидел и весь минувший год странствовал за пределами карты, распространяя весть…
– Какую?
Лицо барда Армулина просияло:
– …что Сокровища Анниеры живы. Что Наг не смог ввергнуть Сияющий Остров во тьму, как ни старался. Рассвет близко.
– Вы говорите о Джаннере? – спросила Сара, не в силах скрыть улыбку.
Артам сказал ей, что Джаннер – Хранитель трона Анниеры. И она поверила ему, хотя рассказы о Сияющем Острове по-прежнему казались Саре выдумками.
– Джаннер Ветрокрыл, да, – с удивлением подтвердил Армулин. – Перворождённый. Значит, ты слышала о нём? В Скри знают о новой надежде?
– Вряд ли, – сказала Сара. – Скриан мало интересует Анниера, хотя они охотно слушают ваши песни. Их больше беспокоят Клыки. И, честно говоря, я с ними согласна. Береговики сегодня утром похитили мою подругу Марали, Клыки со дня на день нападут, а в Дагтауне недостаточно оружия. Простите, но Сияющий Остров очень далеко отсюда, – закончила Сара и потупилась. – И Джаннер тоже.
– Но это же не значит, что Анниеры нет! Сияющий Остров – такой же настоящий, как земля, на которой ты стоишь. В это трудно поверить, но клянусь – он существует. Глухой ночью может показаться, что солнце – всего лишь дивный сон. Нужно помнить о нём, даже если мы его не видим. И прекрасная луна в ночном небе не даёт нам забывать о дневном свете. Музыка сродни луне, королева Сара, – Армулин коснулся струн свистоарфы.
Сара подумала, что в его голосе, в усталых, но ясных глазах сквозит волшебство.
– Вы так и не сказали, откуда взялись дети, – напомнила она.
– Ты не представляешь, как красив мир за пределами карты! – глаза Армулина восхищённо блестели. – Равнины, горы, озёра и пустыни! А какие животные! Сколько удивительных созданий!
– А люди там тоже живут? – спросила Сара.
Армулин понизил голос, чтобы дети не слышали:
– Уже нет. Клыки разорили все поселения, какие я видел. Эти ребятишки – те, кто уцелел. Моя музыка выманила их из укрытий, и мне ничего не оставалось, кроме как позаботиться о них. По пути к нам прибивались всё новые и новые дети. Повсюду, от Фарроумарка до Данбарга, эти крохи, лишившиеся родителей, выживали как могли. Будь прокляты Клыки!
Сара заметила у детей слёзы на глазах.
– Ребята, – сказала она громко, чтобы всем было слышно. – Добро пожаловать в наше маленькое королевство в «Напёрстке и нитках»! Меня зовут Сара.
– Королева Сара! – крикнул кто-то.
– Наш дом – ваш дом. Ваш дом – здесь. У нас есть еда, постели и дружеская помощь. Борли, вы с Чагом покажите здесь всё ребятам и найдите для них место. – Когда дети занялись делом, Сара повернулась к Армулину. – Давайте поговорим во дворе.
Они стояли у крыльца, наблюдая за прохожими. Дагтаунцы, узнав Армулина, приветствовали его.
– Вы знаете, откуда берутся Клыки? – спросила Сара.
– У меня есть некоторые предположения.
– А я знаю. Их делают из людей. Вот зачем Клыки похищают скриан. Есть женщина, которую называют Хранительницей камней. Она владеет каким-то волшебным древним камнем. Я плохо понимаю, как это всё устроено, но Артам сказал, что пленных пытают, пока они сами не
Армулин уставился на девочку разинув рот.
Сара засмеялась:
– Что такое?
– Ты сказала – Артам? Неужели… Артам Ветрокрыл?
Сара снова засмеялась:
– Да. Он сейчас ищет Марали в потайных туннелях под городом.
– Сначала Джаннер, теперь Артам Ветрокрыл, Хранитель трона Анниеры! Легенда пришла в Дагтаун! – бард радовался как ребёнок. – Ты – луна в темноте, Сара Кобблер!
Гаммон и Артам бежали по туннелю.
Гаммон слышал о тайниках береговиков, но никогда раньше в них не бывал. Его поразили их длина и количество развилок – ходы вели не только направо и налево, но даже вверх и вниз. Раньше он думал, что эти туннели более или менее соответствуют городским улицам, но на самом деле они больше походили на муравейник.
Было темно, но, к счастью, у подножия лестницы они нашли фонари, спички и масло. Гаммон зажёг фонарь, а Артам поднялся по лестнице и принялся ощупывать люк в поисках щеколды.
Гаммона поразила случившаяся с Артамом перемена: тот перестал нести чушь и утратил по-детски испуганное выражение лица. Взгляд у него был твёрдый и полный огня.
– Что ты делаешь? – спросил Гаммон.
– Хочу понять, где мы. Чтобы не заблудиться.
Раздался тихий щелчок, и люк открылся. Артам высунулся, и Гаммон услышал женский визг.
– Простите, простите, – сказал Артам.
Над головой у него пронеслась сковородка. Послышался крик:
– Вон! Вон отсюда! Как ты сюда попал?! Убирайся!
Артам захлопнул люк и торопливо спустился.
