– Но, дедушка, даже если я их позову, даже если у меня получится – если я сыграю песню и они придут, – кто поручится, что они нам помогут?
– А кто поручится, что нет?
Лили потеребила край платья.
– Ты не слышал их так, как я, – сказала она. – Этот старый дракон очень злой. Надо придумать что-нибудь ещё. Выход есть всегда, так ведь?
– Так точно. Мне тоже не нравятся драконы… – Подо выпустил клуб дыма. – Давай надеяться, что до крайности не дойдёт.
Только теперь Лили заметила, что до сих пор крепко стискивает зубы.
Она ни за что не позовёт Юргена. Никогда. Хуже встречи с Нагом Безымянным может быть только встреча с этим злым древним чудовищем.
В комнату вошёл шепелявый Ладнар и позвал Радрика:
– Хозяин, битва начинаетша. Летучие твари в вождухе над городом, а по утешам лежут Шерые Клыки. Нам нужна принчешша.
Радрик взглянул усталыми глазами на Лили. Та улыбнулась, хоть от этого у неё и закровоточили губы, достала свистоарфу из складок плаща, как меч из ножен, и последовала за Ладнаром.
Лили поднялась на крышу библиотеки, окружённая воинами – мужчинами и женщинами, вооружёнными до зубов и с подозрением смотрящими в небо. Лили мало что видела из-за их спин – но и того, что видела, было вполне достаточно. В открытом море, за Морскими клешнями, на фоне фиолетовых сумерек к лощинам медленно двигалась огромная тень.
– Спасибо, твоё величество, – сказала одна из женщин. Её рыжие косы ниспадали на кожаные доспехи, увешанные спереди ржавыми металлическими пластинами. Женщина поклонилась. – Я знаю, что ты устала.
– Вы тоже устали, – ответила Лили. – Где О’Салли?
– Прямо у тебя за спиной, – ответил Торн.
По бокам от него сидели два пса.
Лили взглянула на него и широко улыбнулась – тут же охнув от боли. Собственная радость при виде Торна смутила её. Чего доброго, он решит, что нравится ей. С другой стороны… а что в этом плохого? Щёки у девочки заалели. Она сделала глубокий вдох, гордо выпрямилась, совсем как Ния, и самым серьёзным тоном сказала:
– Рада тебя видеть. Ну, какой у нас план?
– Я хотел спросить то же самое, – Торн оторвал кусок вяленой свинины, пожевал и сплюнул. – Собаки измучились. Но они сделают всё, что ты прикажешь.
– Скольких мы вчера потеряли?
– Сорок три… – Торн покачал головой. – Осталось меньше двухсот. Зуб даю, дело плохо.
Посылать собак в битву было невыносимо. Отдавая очередное приказание и зная, что многие не вернутся, Лили страшно мучилась. Но псы, как и лощинцы, рвались в бой. На свой незамысловатый лад они прекрасно понимали, чтó стоит на кону.
Свободное время псы проводили, обнюхивая и обшаривая город в поисках упавших стрел. Стрелы относили во временную мастерскую, развёрнутую в гостинице «Фруктовый сад». Ещё одна группа собак разносила послания с Зелёного холма. Поскольку враг не атаковал строем в чистом поле, а обрушивался сверху и мог высадить Серых Клыков где угодно, необходимо было поддерживать сообщение между разными частями города.
Несколько дней назад Лили решила спросить у Радрика, какую пользу могут приносить собаки помимо сопровождения воинов в бою. Радрик как раз вошёл в Зал совета в библиотеке – только что из битвы. Смертельно усталый, он был весь в поту и в грязи, и на него тут же посыпались вопросы. Лили знала, что есть тысячи гораздо более важных вещей, требующих внимания Хозяина, поэтому она просто стояла у стенки и слушала.
– Пошлите воинов на южные утёсы. Там прорываются волки, – задыхаясь, сказал кто-то.
Радрик принялся отдавать распоряжения, и тут же вбежал ещё один воин – он просил прислать стрелы в Зал гильдий. Радрик и ему ответил, и третьему, и четвёртому… Лили заметила, что люди, которых он отсылал с приказаниями, едва держались на ногах. Тогда она и подумала, что гонцами могут служить собаки: они быстрее, проворнее, меньше – а значит, их труднее заметить. Девочка подковыляла к одному из воинов и попросила его написать записку, а самому идти отдыхать. Она поручилась, что сообщение будет доставлено. Конечно, следовало сперва дождаться одобрения Радрика, но, честно говоря, Лили не сомневалась, что Хозяин лощин только обрадуется, если ему не придётся держать в голове всё на свете.
Попросив Торна О’Салли позвать Прыгуна, девочка объяснила псу, что он должен вернуться с ответом, привязала записку к ошейнику и отпустила Прыгуна в ночь. Спустя несколько минут пёс вернулся целый и невредимый. Он доставил сообщение и принёс ответ.
Радрик только на следующий день заметил, что большую часть его приказаний относит храбрый Прыгун. Он подмигнул девочке и улыбнулся. Это и было долгожданное одобрение.
