На твоём лице усталость и недовольство... Ты привык всегда успевать... всегда быть первым... Пока другие с трудом преодолевали очередную ступень — ты уже стоял на вершине лестницы и холодно смотрел на их попытки догнать тебя... Тщетно... Никто никогда не догонит тебя... Ты будешь один на вершине своей лестницы...

Ты мечтаешь о вечности... Ты тоже мечтаешь о вечности... Но человек смертен... Его бессмертие не в количестве прожитых лет!.. Бессмертие человека в тех, кто дал ему жизнь, и в тех, кто будет жить после него!.. Бессмертие человека в способности помнить!..

Ты видел её, лежащую на больничном столе?.. Ты помнишь её глаза, в которых замерли боль и страх осознания собственной смерти?.. Ты помнишь?.. Потому что я никак не могу забыть!..

Ты хотел меня убить... Но я остался жив, отец!.. Я остался твоей вечностью, о которой ты не знаешь...

За годы, что я провёл здесь, я выучил много жестоких, тёмных слов... Одного слова достаточно, чтобы алый шарф на твоей шее стал кровавой раной...

Но не бойся, я не произнесу этого слова... И под каким бы небом ты ни ходил, я сделаю всё, чтобы защитить тебя... Потому что ты — моя вечность...

Где-то вдалеке загорелся зелёный свет. Мужчина равнодушно скользнул взглядом по юноше, стоящему под падающим снегом в одной рубашке. Потом сел в машину и закрыл окно...

Карл остановился на пороге библиотеки, тяжело держась за дверь, и сказал:

— Я не сделал того, что вы хотели. Я не убил его.

Он уже собирался уйти, когда позади раздалось презрительно-горькое:

— Дурак...

В комнате с не доклеенными обоями было темно. Он нажал выключатель — и ворон, уснувший на куче старых газет, открыл подслеповатые глаза.

Карл подошёл и сказал:

— Расскажи обо мне.

<p>Глава 40. Бог видит высокие горы и дарует им вечные снега – I</p>

Мальчик зажёг свет и сказал: «Расскажи обо мне». В складках его тонкой рубашки ещё не растаял снег, снег был на тёмных волосах, и казалось, что мальчик поседел...

Ворон поднял голову, и в чёрных бусинах глаз зажглось высокомерное презрение. Те, кто имел право ему приказывать, давно стали призраками. Даже с Реддлом они просто выполняют каждый свою часть договора...

Мальчик продолжал молча стоять, а ворон молча смотрел на него. Он бы отвернулся, так и не произнеся ни слова, в конце концов в нём уже почти нечему причинить боль, нечего убить... В обычной глупой вороне больше жизни, чем в нём. Он похож на старое чучело, валяющееся на чердаке...

Да, он бы отвернулся, так и не произнеся ни слова, но в Рождество ему приснилось... Мягкая трава, похожая на мох... Он ведёт мальчика по лабиринту... Мох сменяется кладбищенской травой, и они идут по кладбищу... Крыса привязывает мальчика к надгробью... Крыса берёт нож и разрезает тонкие запястья, течёт кровь... В чёрных клубах дыма рождается волшебник. Волшебник подходит к надгробью и грубо поднимает безжизненно склонённую голову — и он видит лицо своего сына...

Ворон пристально смотрел на мальчика, потом произнёс беззвучно:

«Что ты хочешь знать?»

— Как ты нашёл меня?

«Реддл сказал, когда появляются такие, как ты, звёзды в небе горят ярче...»

— Что значит — «такие, как я»?

«Рождённые под горящей звездой...»

— Я не понимаю.

«Я тоже...»

— Откуда Тёмный Лорд узнал обо мне?

«В арабских пустынях Реддл встретил Гайтану, он учился у Гайтаны, и тот рассказал ему, как возвращать жизнь.»

— Как возвращать жизнь?.. Это то, что Питер Петтигрю сделал на кладбище?

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Проект «Поттер-Фанфикшн»

Похожие книги