Всем внимательным слушателям было ясно, что тема, особенно волновавшая Циолковского, – полет человека на ракете в космическое пространство – волнует и докладчика.
– В ближайшее время, – сказал Королев, сделав паузу и точно очертив взглядом всех сидящих в зале, – с научными целями в СССР и США будут произведены первые пробные пуски искусственных спутников Земли.
Посещение дома-музея Циолковского в сентябре 1957 года, несомненно, было знаковым для Королева: Сергей Павлович еще до торжественного заседания в Колонном зале Дома союзов съездил в Калугу с Ниной Ивановной, выступил перед ребятами школы, где когда-то служил скромный чудак-учитель, любимый любознательными учениками, посетил его дом-музей.
Связывая на полотне символического подтекста своей жизни события: поездку в Калугу, на родину основатели теоретической космонавтики, и работу в ОКБ по первому искусственному спутнику Земли, Королев, точно древний даос, приобретал уверенность в свершении событий реальных. Скоро мы запустим спутник, мысленно говорил, поднимаясь на мансарду в кабинет Циолковского.
Все в небольшом кабинете: стол, линейка, фотоаппарат, книги, старая фанерка, на которой Константин Эдуардович обычно писал, положив ее себе на колени, небольшой глобус, исследовательские приборы на соседнем столе – оставляло впечатление, что обитатель кабинета где-то здесь, рядом, может быть, стоит невидимый за спиной гостей, приложив к уху слуховую трубку.
– Мы продолжаем ваше дело, Константин Эдуардович, – тихо сказал Королев, увидев на полке брошюру Цандера.
– Он тебя услышал, – шепнула Нина Ивановна, ласково прикоснувшись к руке мужа.
Простившись с Алексеем Вениаминовичем Костиным, внуком Циолковского, и Софьей Матвеевной Зотовой, хранительницей научного наследия, вышли на улицу, спускавшуюся к Оке. Королев оглянулся: дом, омываемый речным ветром, показался ему сейчас родным. Сказал жене:
– Эскизный проект спутника подписал Тихонравов как главный консультант… Помню, с каким вдохновенным лицом он рассказывал мне в РНИИ о поездке к Циолковскому, даже сфотографировался с ним… И Костя Бушуев подписал, между прочим, он и тезка Циолковского, и сам из Калуги… Статьи, тобой переведенные, заставляют нас поторапливаться! Думаю, нужно организовать ежегодные научно-технические сессии, приуроченные ко дню рождения Константина Эдуардовича… Все главное – впереди, дорога у нас дальняя!
Подписали проект первого спутника, кроме самого Королева, еще Охапкин и Воскресенский. Постановление Совета Министров СССР уже вышло. Оно предписывало создание спутника, обозначенного как «Объект Д», – к лету 1957 года и его использование в научных целях: спутник должны были оснастить научной аппаратурой.
Собственно говоря, Королев сам подтолкнул правительство к такому решению: никто на космическую тему во властных кабинетах до этого не думал. Несмотря на то что с середины 50-х упоминания об искусственном спутнике мелькали и в советской прессе, и в мировой печати, по-прежнему космос, спутник, ракета с человеком на борту большинству чиновников казались фантастикой или абстрактными измышлениями чудаков-одиночек, к которым с ленивым удовольствием отнесли бы и Королева, не будь они вместе с Курчатовым «отцами» ракетно-ядерного щита: первая стратегическая ракета Р-5А с ядерным боевым зарядом в 1956 году была принята на вооружение.
Инициатива создания спутника шла от Сергея Павловича: отойдя от привычной схемы – ориентации на военных как основных заказчиков, – он сразу сделал ставку на Академию наук, заранее пытаясь заинтересовать астрономов и физиков.
Предварительно разослав по правительственным и «ученым» кабинетам подробную программу исследования космоса, он убедил секретаря Академии наук Александра Васильевича Топчиева срочно собрать совещание по результатам запуска ракеты Р-7 и ее перспектив для академических исследований. Топчиеву идея понравилась: новый виток во всех сферах науки просто необходим. Плюс и ему лично, и всей Академии.
– Сергей Павлович, давайте-ка вы сами и выступите на совещании с предложением о создании в Академии нового органа под ваши и наши с вами задачи. Я идею о таком отделе поддержу.
– Искусственные спутники, – уверенно говорил Королев на совещании у Топчиева, – окажут ученым неоценимую помощь в исследованиях по многим направлениям. Опыты пусков с животными уже ведутся и дают показательные результаты. Наш Совет главных протягивает Академии руку сотрудничества. С вашей стороны нужна научная аппаратура для ее использования в атмосфере и в космическом пространстве и, конечно, привлечение заинтересованных ученых для работы в новом отделе.
– Поддерживаю, – подал реплику Келдыш, уже занимавшийся, по заказу ОКБ Королева, математическими расчетами полета спутника.
