Что-то легкое прижалось к моей груди, и меня наполнила благословенная прохлада. Ее было недостаточно, чтобы погасить пламя, но она ослабила его силу и позволила мне снова дышать. Я вспомнила, что прикосновение Аэдны сделало нечто подобное во время моего обращения, и открыла глаза, ожидая ее увидеть. Единственным признаком ее присутствия было прикосновение прохладной руки. Я опустила голову.
«Спасибо».
– Достаточно. – Сердитый голос Фаолина эхом отразился от стен.
– Не достаточно, пока она не скажет то, что мы хотим знать, – отрезал Бошан.
Я смутно ощутила, как кто-то прикоснулся к кандалам. Раздался щелчок, а потом огонь покинул мое тело, оставив меня пустой, сгоревшей оболочкой.
– Если она до сих пор не заговорила, значит, не заговорит, – сказал Корриган.
Неужели я услышала нотку восхищения в его голосе?
Я подняла голову, чтобы посмотреть на него, но на его лице было то же серьезное выражение, что и прежде. Перевела взгляд на Фаолина, которого еще никогда не видела таким разъяренным.
– Ты как? – спросил он.
Я попыталась пожать плечами, но все тело до самой шеи отказывалось шевелиться.
– Спроси меня через часок, – невнятно проговорила я.
Комната начала крениться, и Фаолин подхватил меня, когда я боком повалилась со стула. Он поднял меня на руки и отнес в камеру, где положил на соломенный тюфяк для сна. Я слышала, как спорили Корриган с Бошаном, но их голоса звучали как будто вдалеке.
– Ты никогда не перестаешь меня удивлять, – тихо сказал Фаолин.
Я усмехнулась.
– Я знала, что нравлюсь тебе.
Он издал смешок.
– Отдыхай. Я буду снаружи.
Дверь со щелчком закрылась. Я пыталась сосредоточиться на разговоре в соседней комнате, но голова стала ватной. Наверное, такое случается, когда тебя изнутри поджаривают пламенем драккана.
Я пролежала совсем недолго, когда приглушенные голоса по ту сторону двери внезапно зазвучали громче, а полный ярости голос Лукаса произнес:
– Где она?
Дверь камеры резко распахнулась. Я не успела начать беспокоиться оттого, что он был так зол, когда он встал надо мной и впился в меня разъяренным взглядом.
– Лукас, – прохрипела я.
Он сел рядом и смахнул мокрые волосы, прилипшие к моему лицу.
– Мне так жаль, Джесси. То, что они сделали с тобой, непростительно.
– Она была схвачена за совершением преступления против мира фейри и отказывается признаваться. Она заслуживает гораздо худшего наказания, – сказал Бошан где-то позади него.
– Уберите его отсюда, – рявкнул Лукас через плечо.
– Я уйду, но еще вернусь, – холодно бросил Бошан. – Благой двор будет требовать правосудия, даже если вы не станете.
Лукас снова повернулся ко мне.
– Ты доверяешь мне, Джесси?
– Даже свою жизнь, – прошептала я.
Он погладил меня подушечкой большого пальца по подбородку.
– Тогда ты должна рассказать мне, что ты там делала, чтобы я смог защитить тебя от этих ложных обвинений.
– Не все из них ложные, – хрипло проговорила я. – Я в самом деле создала чары, чтобы скрыться, но, клянусь жизнью, я не сделала ничего дурного. Я бы никогда не причинила зла ни тебе, ни миру фейри.
– Я верю тебе, но моего отца и королеву Анвин твои слова не устроят, – предостерег он. – Она уже требует, чтобы тебя изгнали.
Я попыталась встать, но он мягко уложил меня обратно.
– Я ни в коем случае этого не допущу.
Позади Лукаса показался Фаолин.
– Отец с Бошаном ушли поговорить с королем и королевой. В коридоре выставлена охрана, но пока мы здесь одни.
– Говоря «одни», он имеет в виду всех нас, – крикнул Конлан из внешней комнаты.
– Они скоро вернутся, – сказал Фаолин. Смысл его слов был предельно ясен: у нас мало времени.
– Можно мне сесть? – спросила я у Лукаса, чья рука была все еще прижата к моей груди.
Он встал и помог мне принять сидячее положение. Я по-прежнему чувствовала слабость после даннакина, но сидя мне стало легче. Первым делом я увидела Конлана, Фариса, Йена и Керра у входа в камеру, которые выглядели такими серьезными, какими я не видела их еще никогда. Всем им было ни к чему говорить мне, в какие серьезные неприятности я попала.
– Это был камень богини, – сказал Фаолин, привлекая к себе всеобщее внимание. – Ты использовала его, чтобы стать невидимой в храме. Поэтому ты отказалась отвечать на последний вопрос Бошана.
Я сложила руки на коленях.
– Да.
– Камень не позволяет тебе рассказать нам, почему ты была там? – спросил он.
Я начала отвечать, но замолчала. До этого момента я предполагала, что Аэдна наложила на меня какие-то чары, но ей они были не нужны. Я смутно вспомнила, как она прикоснулась к камню в моих волосах в первую нашу встречу в храме.
– Джесси? – поторопил Лукас.
– Да, он. – Я посмотрела в его полные смятения глаза. – Я не хотела скрывать это от тебя, но ничего не могла сказать. Поверь мне, пожалуйста.
Он взял мои ладони в свои.
– Верю.
Я выдохнула, когда тяжесть в груди прошла. Покуда он доверяет мне, я со всем смогу справиться.
– Фаолин сказал, что Гас отнес тебя на остров. Как это произошло? – спросил Лукас. – Это как-то связано с тем случаем, когда он унес тебя впервые?
– Да.
Фаолин подошел ближе.
– И сколько раз ты летала с дракканом?
Я отвела взгляд.
– Несколько.
