Конлан присвистнул.
– Из охотницы за головами превратилась в наездницу на драккане.
– Давайте отложим разговоры о драккане. – Лукас потянул меня за руку, чтобы привлечь мое внимание. – Мой отец и королева Анвин потребуют от тебя ответов. Ты можешь рассказать нам что-то, что мы сможем использовать в твою защиту?
– Ничего, что их устроит, – ответила я.
Он вздохнул.
– Тогда нам остается только одно. Придется рассказать моему отцу о камне богини. Он поймет твое нежелание делиться таким секретом с благими фейри и поверит, что ты не желала зла нашему миру. Аэдна никогда бы не даровала свое благословение тому, кто его недостоин.
– Я согласен, – сказал Фаолин. – Ты первая фейри, благословленная богиней. Король никогда тебя не прогонит.
Я перевела взгляд с него на Лукаса.
– А как же королева Анвин? Она это так не оставит.
Лукас сжал мою руку.
– Позволь нам о ней беспокоиться.
Раздался громкий стук во внешнюю дверь, и Керр пошел ее открывать. Обратно он вернулся с хмурым видом.
– Ваэрик, твой отец просит тебя присоединиться к ним. Бошан с королевой требуют, чтобы с «заключенной» не было особого обращения. – Он посмотрел на меня. – Прости, Джесси.
– Она сидит в камере, и на ней использовали даннакин, – прорычал Фаолин с такой злостью, какую я никогда за ним не замечала. – В чем же тут особое отношение?
Керр покачал головой.
– Король приказал нам покинуть камеры. Снаружи будет выставлена охрана.
При мысли о том, что я останусь одна в подземной камере, все внутри свело от страха. Возможно, король не изгонит меня, но может продержать взаперти несколько дней или даже недель.
Лукас заключил меня в объятия.
– Я вернусь, как только поговорю с отцом. Возможно, мне потребуется несколько часов, чтобы застать его одного, если сейчас он с королевой.
Я кивнула, уткнувшись ему в грудь и сомневаясь, что смогу заговорить.
Он приподнял мое лицо и поцеловал меня так нежно, что у меня защемило в груди. Он без слов сказал мне, что любит меня, и пообещал, что все будет хорошо. Я не хотела его отпускать, но опустила руки, когда он встал. Чем скорее он уйдет, тем скорее сможет вернуться.
Фаолин закрыл за собой дверь камеры, а щелчок замка эхом звучал в моей голове еще несколько минут после их ухода. И только когда он стих, я вспомнила, что забыла сообщить ему крайне важную информацию. Нужно было передать королю все, что я увидела и услышала в храме. Благой двор снова попытается украсть ки-тейн, и только мне было об этом известно.
Я подбежала к двери камеры и принялась кричать в окошко. Стражи, выставленные в коридоре, слышали меня, но не реагировали на мои призывы. В конце концов я сдалась, легла на тюк и стала ждать возвращения Лукаса. Когда гнетущая тишина стала на меня давить, я принялась напевать слова любимых песен, чтобы не дать ей поглотить меня.
Прошло не меньше двух часов, и наружная дверь снова открылась. Я слезла с тюка и подбежала к окошку, но внутри все напряглось, когда я увидела за ним улыбающееся лицо Рашари.
– Что тебе надо? – Я посмотрела на нее, а потом на охранника, который стоял возле наружной двери, отведя взгляд. Меня не удивляло, что она смогла пробраться сюда силой или путем подкупа.
Ее улыбка стала шире.
– Я пришла лично поблагодарить тебя за то, что избавила меня от скверных препятствий на моем пути. Ты превзошла саму себя.
Я скрестила руки.
– О чем это ты?
– Давай-ка посмотрим. – Она принялась загибать пальцы. – Сначала ты вывела Дельфину из состязания за титул супруги принца, хотя она никогда не составляла особой конкуренции. Потом ты добилась изгнания Дарии из двора. Это было настоящее достижение. – Ее глаза довольно заблестели. – А теперь ты устранила последнего человека, стоявшего между мной и моим будущим в роли королевы-консорта. Себя.
Из меня вырвался взрыв хохота.
– Рада тебя разочаровать: я никуда не денусь.
– Разве? Никто не говорит, какое преступление ты совершила, но, должно быть, оно поистине ужасно, раз они даже прервали собрание и заперли маленькую игрушку Ваэрика в камере. Я слышала, что королева Анвин требует твоего изгнания, и король Осерон согласится на это. Что ты на это скажешь?
– Скажу, что не стоит верить всему, что слышишь. – Я загадочно улыбнулась, зная, что это разозлит ее сильнее любых моих слов.
Она усмехнулась.
– Если думаешь, что Ваэрик защитит тебя, подумай еще раз. Возможно, ты ему нравишься, но после такого он не захочет иметь с тобой ничего общего.
Я могла бы сказать ей, что Лукас уже приходил меня проведать и, возможно, прямо в этот момент доказывал королю мою невиновность. Но я решила позволить ей ликовать от своей ложной победы. Очень скоро она узнает правду.
От отсутствия реакции с моей стороны лицо Рашари помрачнело.
– Я всегда была главной кандидаткой короля на роль супруги Ваэрика, и теперь все пройдет согласно моему плану. – Она перекинула длинные волосы через плечо. – Даже если тебе как-то удастся избежать изгнания, ты больше никогда даже близко не подойдешь к Ваэрику. Я позабочусь о том, чтобы ты вышла за жителя отдаленного городка и тебе будет запрещено показываться при дворе.
