По обычаю фактическое совершение брака должно было произойти в ту же ночь. Современники не замедлили описать эту сцену, потому что следующим утром был сделан значимый жест, который связывал не сердца или тела, а имущество. Как любая новобрачная в варварском мире, Брунгильда получила от мужа
Чтобы показать свое богатство и важность, которую он придает браку с вестготской принцессой, Сигиберт не поскупился.
Первым подарком, который, вероятно, получила Брунгильда, было кольцо с печатью, где были вырезаны ее имя и титул королевы. Это позволяло ей запечатывать письма, которые она будет писать, и документы общественного или частного значения, которые будут составляться по ее указанию. Кольцо Брунгильды не сохранилось, но найдено кольцо королевы Арегунды, супруги Хлотаря I и тетки Сигиберта I. Поскольку этот предмет был ее личной собственностью и важным знаком ее ранга, эта королева взяла его с собой в могилу в Сен-Дени{150}.[23]
Кольцо с печатью было ценным, но скромным символом, имевшим смысл только для небольшого меньшинства грамотных людей в королевстве. Поэтому, чтобы демонстрировать свое королевское могущество во всех обстоятельствах и любому из подданных, Брунгильда получила украшения и королевские одежды, шитые золотом[24]. Предметы, найденные в гробнице Арегунды, умершей около 570–580 гг.{151}, несомненно дают лучшее представление о том, как могла выглядеть королева во времена свадьбы Брунгильды. На теле эта дама носила тонкую шерстяную рубашку, короткое платье из фиолетового шелка, стянутое позолоченным кожаным поясом, и чулки с подвязками, скрепленными серебряными застежками. Поверх этих нижних одежд она надевала красную шелковую тунику, открытую спереди, которая на плечах и талии крепилась массивными золотыми фибулами, служащими оправой для гранатов. Рукава туники расшивались шелковой лентой, на которой чрезвычайно тонкой золотой нитью был вышит ряд розеток. На ногах королева носила кожаные сапожки, украшенные гарнитурами резного серебра, а на голове — длинное атласное покрывало, крепившееся на висках двумя массивными золотыми заколками. Она щеголяла также перламутровыми серьгами и продолговатой брошью, украшенной гранатами. Спасаться от холода ей позволял широкий красный шерстяной плащ{152}.
Мы в этих тяжеловесных украшениях не видим никакого чрезмерного кокетства. Жене следовало быть изысканной прежде всего затем, чтобы подтверждать процветание и могущество мужа, считавшего нужным показывать гостям свое «одушевленное сокровище»{153}, как он мог бы предлагать им полюбоваться своими мечами или конской сбруей. К тому же одеваться сообразно рангу было важно и для самой дамы. Когда сравнительно недавно королева Радегунда появилась на пиру в простых одеждах, демонстрируя христианское смирение, нашлись злые языки, чтобы спросить у ее мужа, короля Хлотаря I, не женился ли он на монашке{154}. Брунгильда всегда старалась, чтобы ее вид не позволял усомниться в ее королевском достоинстве.
Помимо нарядов, Брунгильда получила также мебель и столовые приборы: основой для собрания драгоценной посуды, которое королева упоминает в завещании, несомненно стали ее багаж и подарки Сигиберта. В самом деле, посуда, как и украшения, должна была служить показателем социального статуса владельца: во время действа по преимуществу представительского, каким был пир, королева должна была иметь возможность демонстрировать прекраснейший стол во всем королевстве.
