Все еще толком не очухавшийся начальник охраны торопливо кивнул в знак согласия и, переступая через разбросанные обломки вперемешку с телами людей, быстрым шагом направился в свой кабинет рядом с гаражом.
Вернувшись к Томасу и своей дочери, он увидел, что Джанет бьет крупная дрожь, и хладнокровно объяснил:
– У моей дочери шок. Нужно как можно скорее доставить ее в дом. У меня там специальная комната с оборудованием для снятия стрессов. Как назло, я отпустил на выходные своего врача с сотрудниками. Но ничего, он у меня на проводе.
С любопытством приглядываясь к молодому мужчине, держащему в объятиях его единственную дочь, Джон Рэйвенскрофт спросил:
– Вы ее отведете?
Слыша приближение сирен, он заторопился:
– Я вернусь сразу, как только освобожусь. – И после короткой паузы взвешенно добавил: – Нам столь многое нужно друг другу рассказать.
Том вместо ответа продолжал смотреть, и Рэйвенскрофт решил дать более внятное объяснение.
– Я остаюсь здесь дожидаться полиции и постараюсь внушить им что-нибудь более-менее вразумительное, как бы далеко оно ни было от истины. Но тебя, – он посмотрел Тому прямо в глаза, подчеркивая важность своих слов, – тебя здесь к их приезду быть не должно. Они станут задавать вопросы, на которые ты не сможешь или не захочешь отвечать, а затем начнут пробивать тебя по базам данных. И когда обнаружат, как и я, что ты ни в одной из них не значишься, то и минуты не пройдет, как тебя уже бросят в холодную. Так что поторопись. А я возьму все на себя. Опыта у меня достаточно
– Если пожелаете…
С Джанет на руках Том через порушенные ворота направился к притихшей громаде дома.
Через час с небольшим Джон Рэйвенскрофт вошел в гостиную. Джанет бесчувственно лежала на плюшевом диване, все так же обвив руками таинственного парня, который помог спасти жизнь ей и ее отцу. Появление Рэйвенскрофта Томас встретил настороженно, следя за каждым его движением, все равно что готовый наброситься попавший в ловушку зверь.
Прочистив горло, Рэйвенскрофт заговорил:
– Ты, скорее всего, понятия не имеешь, где здесь медицинский кабинет, но для моей дочери будет лучше, если мы отнесем ее туда прямо сейчас.
Томас посуровел лицом:
– Прошу простить, но нет. Моя госпожа… Джанет, прежде чем отключиться, взяла с меня обещание, что она, пока не очнется, останется здесь, в этой комнате. Ваша дочь, похоже, не очень доверяет своему отцу.
– Понятно. Джанет бывает довольно упрямой; ты и сам это понял.
На Рэйвенскрофта внезапно накатила неимоверная усталость. Он потер глаза.
– Что же. Я связался с доктором Нераном, врачом Джанет, и, не раскрывая каких-либо подробностей, спросил, что делать. В этой комнате ей ничем особо не помочь. А потому просто держи ее в покое и тепле, и пусть ее тело исцелится само. При условии, конечно, что у нее нет серьезных физических травм.
– Я проверял. Их нет.
– Слава богу. Ну а доктору, с учетом обстоятельств, я велел оставаться дома. Не хватало еще, чтобы здесь, не ровен час, погиб еще кто-то.
Стараясь не шуметь, Джон через всю комнату пододвинул к дивану мягкое кресло и истомленно в него опустился. За созерцанием молодого человека, столь много значащего для его дочери, он начал прикидывать их неопределенное будущее. Для начала он оглядел рваную кожаную куртку Тома, необычную старомодную рубашку и то, что можно назвать легинсами, которые были перепачканы кровью и следами долгой, проделанной второпях дороги. На в общем-то симпатичном лице парня начинали проступать рубцы вперемешку со вздутиями синяков. Рэйвенскрофт прочистил горло:
– Думаю, ты бы ощутил себя гораздо лучше, если бы помылся и привел себя в порядок.
Когда Том кивнул, Джон Рэйвенскрофт указал на арочный проход из комнаты, в которой они находились:
– Ванная вон там, дальше по коридору и налево.
Осторожно высвободившись из объятий Джанет, Том оставил ее, съежившуюся на диване, и направился к проему в широкий коридор. Отец Джанет протянул ему аккуратно сложенный комплект одежды, который прихватил с собой.
– Возьми. Думаю, тебе подойдет.
После небольшого колебания Рэйвенскрофт уточнил:
– Это я сам когда-то носил. – И с печальной ухмылкой добавил: – В молодости я ведь тоже был поджарым. А тебе в чистой одежде будет куда приятней.
Том благодарно взял сверток, но все еще колебался перед тем, как отлучиться. Наконец он учтиво поклонился, морщась от все еще свежих ран.
– Мое имя Томас Линн, сэр. Рад знакомству, мистер Рэйвенскрофт.
– Да чего там. Зови меня просто Джон. – Не отрывая взгляда от странного молодого человека, Рэйвенскрофт попытался улыбнуться. – Мне это тоже, безусловно, в удовольствие. Мы с дочерью оба обязаны тебе жизнью, так что я перед тобою в долгу.
Томас задержался в дверях, чтобы ответить:
– Долг, в одночасье погашенный оказанной вами услугой.
Рэйвенскрофт вопросительно на него посмотрел:
– Услугой? Я сделал лишь то, что необходимо было сделать.
– И тем не менее. Если бы вы не остановили Охотника, он бы меня убил. Кроме того, вы помешали вашим стражам закона скрутить меня; в противном случае я бы сейчас сидел глубоко в их железных подземельях.
