Перед тем как отправиться в Ист-Хэмптон, мне нужно было заскочить домой переодеться. Мэттью по этому поводу, казалось, не парился, а я хотела предстать перед семьёй Кингов в подобающем виде. Этот раз особенный, ведь я еду туда не в качестве ассистентки! Своим предложением Мэтт, по сути, подтвердил, что мы – настоящая пара, хоть и не проговорил этого вслух. Как иначе можно расшифровать данное приглашение? Получается, у нас всё серьёзно?
Эти мысли окрыляют и ужасают.
Я дико волнуюсь, перебирая плечики с нарядами, и в итоге останавливаюсь на ярко-красном трикотажном платье с длинными рукавами и расклешённой юбкой до середины бедра. Его изюминка – шнуровка сзади с большим бантом. И скромно, и не вычурно. Волосы собираю в низкий пучок и завершаю образ золотыми серьгами-цепочками. Надев белое кашемировое полупальто и замшевые ботильоны, спускаюсь к машине Мэтта, который на время моих сборов отлучался в цветочный салон. Необъятный букет высоких премиальных роз занимает почти всю длину заднего сиденья, и я вдруг вспоминаю, что еду с пустыми руками.
– Ни о чём не волнуйся, – успокаивает Мэттью, мгновенно считав моё настроение.
Но этот наказ не выручает. Меня не расслабляют ни музыка, ни наши сцепленные ладони, устроенные на консоли между сиденьями. Как назло, за окном пасмурно, и хмурая погодка добавляет напряжения, грозясь обрушиться дождём.
По идее, всё складывается идеально. Я ощущаю уверенность и поддержку своего мужчины, но мной управляет необъяснимое предчувствие. На плечи давит груз обмана. Жажда стряхнуть его становится невыносимее с каждой преодолённой милей.
Когда мы сворачиваем на дорогу, ведущую к поместью, затаиваю дыхание. Ещё издалека удаётся распознать цветные пятна машин. Насчитываю двенадцать. Чудесно. Чем больше народа, тем менее заметной буду я. Во мне идёт настоящая война между желанием обнажить наши отношения перед окружающими и желанием уменьшиться до пылинки. Из-за первого я надела яркое платье, но зато второе позволило бы избежать расспросов и очередной порции вранья.
Утешаюсь той мыслью, что я проявлю себя перед родственниками и знакомыми Мэтта самым достойным образом, и наш откровенный разговор позже пройдёт в разы легче. Ему не захочется терять меня.
Мы паркуемся и выбираемся наружу. Мэтт достаёт из Мерседеса букет и удивляет в очередной раз, ухитрившись объять его одной рукой. Второй ладонью он обхватывает мою, холодную от тревоги, и, подбадривающе подмигнув, ведёт к дому.
– Ты сама на себя не похожа, Смуглянка. Расслабься.
– Ты тоже на себя не похож, – парирую я, продолжая переваривать собственнический жест. Он так заявляет на меня свои права?
Мэтт непонимающе сдвигает брови, но не препирается, так как мы входим внутрь через незамкнутую дверь и оказываемся в холле. Если ориентироваться по отдалённой музыке, празднество будет проходить не в доме. Но где? Ноябрь не особо располагает к длительному нахождению на улице. Может, зря раздеваемся?
Решаю полностью положиться на Мэттью.
В просторной гардеробной он помогает снять пальто и вешает его на вешалку. Расправившись со своей курткой, выходит первым, и я тут же слышу радостный голос Питера Кинга:
– Ты приехал!
Меня, приклеенную к полу позади Мэтта, он замечает, когда начинает похлопывать сына по плечу. В отеческом взгляде прослеживается целая гамма сменяющих друг друга эмоций: удивление, насторожённость, холод и в конце интерес. Мэттью отшагивает и поворачивается ко мне:
– Я не один.
– Здравствуй, Элиза.
– Здравствуйте, – застенчиво улыбнувшись, принимаю протянутую крепкую ладонь.
Следом подтягивается и виновница сегодняшнего праздника: Джулия. Она выглядит очень свежо в стильном синем костюме с укороченными брюками. В отличие от Питера, излучающего сдержанность и прохладу, мама Мэттью озаряется радостью при виде нас обоих. Закончив с объятиями и обменявшись парой фраз, она переключается на меня, стискивая в своих заботливых руках.
– Безумно рада, что вы приехали вместе!
– Поздравляю вас, Джулия, – я оживляюсь, вдохновившись таким тёплым приёмом.
– Спасибо, милая.
Миссис Кинг отодвигается, но ладони с моих плеч не убирает, выражая искреннюю расположенность к моей персоне.
– Невероятно красивая, – приходит она к заключению.
– Ну что вы… – тушуюсь я.
Господи, где моя уверенность? Ау?
Я так не переживала, даже сидя один на один с Алексом Нилом, а его многие боятся. Вот, что сотворила со мной ложь! Превратила в неврастеничку и лишила равновесия из-за засевшего страха разоблачения.
– Родители, может, не будем топтаться на пороге? – Мэттью с лёгким раздражением прерывает наш короткий диалог.
Всплеснув руками, Джулия широко улыбается и, попросив мужа поставить букет в воду, приглашает нас пройти к шатру на заднем дворе.
Мэттью переплетает наши пальцы, за что я ему безмерно благодарна. Внутри бушует ощущение, что меня привели на смотрины, от которых зависит будущее. Возможно, я преувеличиваю?