Выйдя на улицу, мы попадаем прямиком в компанию девяти мужчин, с увлечением болтающих возле барбекюшницы. Внимание того, кто лопаткой переворачивает стейки, моментально приковывается ко мне. Он поразительно похож на Питера Кинга, и Мэттью подтверждает это, негромко сообщив, что это его дядя Грэм. Мы подходим к их кружку поздороваться. Мэтт знакомит меня со всеми, но я запоминаю от силы четыре имени. На удивление в этой зоне совсем не холодно несмотря на то, что она на открытом воздухе.
Пока Кинг перекидывается дежурными новостями с присутствующими, осматриваюсь. Если честно, я готовилась к помпезному банкету, нанятым официантам, цветочным украшениям, живой музыке и приглашённым артистам, развлекающим гостей. Но обстановка выглядит камерной, домашней и семейной вопреки довольно большому количеству гостей.
Из куполообразного прозрачного шатра, расположенного в шагах тридцати отсюда, доносятся весёлые песни, смех, разговоры и бряканье посуды. Судя по всему, основной движ там.
С лёгким порывом ветерка Мэтт непринуждённо притягивает меня ближе к боку, продолжая поддерживать общение с мужчинами. От этого становится значительно комфортнее и снаружи, и в душе. Натянутые нервы действительно расслабляются, потому что повода нервничать нет. Я та ещё накрутчица!
В это же время из шатра выезжает мальчик на детском электромобиле. Он звонко смеётся, лавируя между кустарниками и клумбами, и выкрикивает: «Не догонишь! Не догонишь!» Мальчишка тоже привлекает внимание Мэттью, и я через ткань платья чувствую, как каменеют его мышцы. Он перестаёт говорить с собеседниками, и я нахожу причину. Вслед за маленьким водителем выбегает девушка с длинными рыжими волосами, и воздух пронзает её громкий оклик: «Мэттью!»
Но обращён он не к Кингу, стоящему рядом, а к ребёнку, уже сменившему направление в нашу сторону. Рыжая также поворачивается, и сразу замечает нас. Всё было бы здорово, но её взгляд, примёрзший к моему Мэтту, не предвещает ничего хорошего. Надеюсь, я ошибаюсь, но, кажется, до меня доходит, кто она.
Элиза
– И каково это – работать помощницей такого требовательного человека, как Мэтт? – Рыжая по имени Саманта адресует мне вопрос насмешливым тоном.
– Её всё устраивает, – Мэтт, сидящий рядом со мной, обгоняет с ответом.
Отчасти это раздражает, потому что я в состоянии сама отражать эти смехотворные эскапады, но невзирая на сгущающуюся обстановку надеваю улыбку, действующую даже на особо притязательных клиентов «Паблик Билдингс». Возможно, для местной публики высказывания Рыжей выглядят доброжелательными, но не для меня. Дух соперницы витает над огненной шевелюрой, и это ощущается во всём: в заинтересованных взглядах, в языке тела, в интонации. Мне совсем не импонируют её периодические рассуждения обо мне в третьем лице и напоминания о том, кто я в жизни Мэттью.
«Подлейте ассистентке Мэтта шампанского!»
«Сколько твоей ассистентке лет?»
Ему трижды пришлось напомнить моё имя. А час назад он порывался отсюда уехать под предлогом развязать бант на моей спине и стащить платье, но я уговорила остаться. Не хочу омрачать день рождения Джулии. Мы всё равно уже здесь, и я не из тех, кто сдаётся под натиском глупой девицы, с какого-то перепуга возомнившей себя значимой персоной. Мы с Мэттом решили смыться сразу, как только снимем пробу с грандиозного торта, которым не раз восхитилась его мама.
Из плюсов: общество Саманты расшевелило меня, заставив на время забыть о проблемах, на целый день заполонивших мысли. Я снова расправила плечи, освежив в памяти мамины слова: «Ты – моя Королева Елизавета».
Из минусов: с семьёй Кингов Саманта на короткой ноге. Не стесняясь, перемещается по территории, инструктирует их повара, куда и что поставить, участвует почти в каждом разговоре, ностальгируя по прошлым временам. Бесит до ужаса! Но красивая, собака. Даже веснушки, усеивающие нос и зону вокруг него, ей идут. Фигура «песочные часы» подчёркнута изумрудным облегающим платьем с глубоким вырезом. Но в размере груди она мне проигрывает: это греет душу.
Кем бы рыжеволосая выпендрёжница ни приходилась Кингам, на её безымянном пальце отсутствует крохотный показатель несвободной женщины: кольцо. Это чуть-чуть беспокоит. Я пришла к выводу, что она тут с сыном и родителями. Её мать Клара – близкая подруга Джулии Кинг. Добродушная пышка-хохотушка и профессиональный кондитер. Они ни капли не похожи с дочерью ни внешне, ни поведением. Говорят, первое впечатление обманчивое, но это едва ли тот случай. Интуиция подсказывает, что Саманта «с душком».
Слава Богу, моя изначальная мысль о том, что мальчик – сын Мэтта, не нашла подтверждения. Во-первых, я не обнаружила ни единого сходства. Во-вторых, если бы он был его отцом, вряд ли оставался бы таким безучастным к присутствию своего отпрыска.