– Он прав. Ты действительно монстр, – сказала я тихо, когда Уайтхорн уселся напротив с миской похлебки из котелка, висевшего над огнем.
Уайтхорн посмотрел на меня прямо и ухмыльнулся, обнажив желтые зубы:
– Чья бы корова мычала, принцесса.
Я обратила внимание, что оба моих стражника перешли на «ты». Отныне в нашей маленькой компании все были ровней.
Я чувствовала на себе взгляд Дравена, пока потягивала из кружки горячий отвар. Жидкая боль – вот как называлось мое лекарство.
Как только ощущения от одной дозы отступали, мне приходилось принимать следующую. Между отварами больше не было перерыва, так что агония была бесконечной.
Я покрутила кружку в руках, оттягивая неизбежный момент, когда придется допить ее содержимое.
Мы углублялись в Керуннос, а я не могла перестать думать о встрече с эксмуром. Я знала, что эта земля не совсем необитаема, но, путешествуя день за днем, не встречая ни единой живой душой, было легко поверить, что мы находимся в таком месте, куда человек никогда не заглядывал.
Ландшафт вокруг был диким и нетронутым. Грубая, непокоренная природа простиралась перед нами на мили и мили во все стороны.
Каждый день мы пробирались сквозь древние леса, где деревья были могучими и высокими, а их стволы покрыты толстым слоем лиан и мха. Казалось, они стояли здесь тысячелетиями, нетронутые и чистые. Воздух всегда был свежим и безмолвным, только звуки птиц и жужжание насекомых нарушали тишину.
Керуннос можно было легко представить местом, где существо вроде эксмура могло бы жить, не беспокоясь и не будучи обнаруженным.
По крайней мере, до нашего прихода.
Мне было интересно, есть ли еще эксмуры. Часть меня хотела увидеть других. Но другая часть считала это слишком большим риском, особенно с таким стрелком, как Уайтхорн, который ехал с нами.
Какие еще таинственные существа могут скрываться в этих лесах или в высоких горах?
– Почему бы тебе не пропустить этот прием, если так беспокоит? – Я подняла взгляд и увидела Дравена, стоящего передо мной со скрещенными на груди руками.
Я оглянулась на Уайтхорна. Он сидел по ту другую костра и внимательно следил за нами.
– Она не может этого сделать, – громко произнес он, даже не пытаясь скрыть, что подслушивает каждый наш разговор. – Ты меня слышишь, принцесса? Пей.
– Клянусь, если я услышу эти слова еще раз, я его ударю, – пробормотала я.
– Может, я сделаю это за тебя? – предложил Дравен, и его глаза блеснули.
Я исподтишка взглянула на капитана:
– Соблазнительно. Тебе ведь только дай повод, не так ли?
Он пожал плечами:
– Мне не нужно оправдание. – Дравен снова взглянул на мою кружку. – Это… лекарство? Я не понимаю, если от него тебе становится хуже, зачем ты его пьешь?
– Это палка о двух концах. Оно подавляет… – я неловко кашлянула, – нежелательные черты, которые, возможно, я унаследовала от своей матери. Но оно также имеет немного неприятный побочный эффект в виде боли.
Дравен нахмурился:
– Похоже, больше, чем просто немного. Ты почти не ешь. Ты не спишь.
– Откуда ты знаешь, сплю ли я? – воскликнула я. – Ты следишь за мной?
Он фыркнул:
– Я сплю в нескольких шагах от тебя. Я знаю, когда ты ворочаешься.
Вероятно, я будила своим постоянным движением ночью. К моему стыду, я вспомнила, как накануне стонала от боли.
– Прости, если я мешаю тебе спать.
– Проблема не в этом, а в том, что тебе, похоже, становится хуже. Если ты не ешь и не спишь, скоро ты не сможешь держаться в седле.
– О, понятно. Ты беспокоишься только о том, чтобы я выполнила свою часть миссии и вернулась в замок, – огрызнулась я. С каждым глотком голова начинала снова болеть, пульсация становилась сильнее.
Не говоря уже о том, что я знала, что он прав. Мне становилось хуже.
– Какие такие нежелательные черты ты хочешь подавить? – поинтересовался Дравен. – Многие люди были бы счастливы иметь в роду фейри.
Я взглянула на него с сомнением:
– В Пендрате?
«Ах да, Дравен. Ты ведь не из Пендрата, правда?» – так и хотелось добавить мне, но я прикусила язык. Откуда он родом? Где это место, в котором кровь фейри не считается позором семьи и пятном на всю жизнь? Должно быть, там замечательно. Пожалуй, я бы хотела там побывать.
– Или, по крайней мере, если не счастливы, то не несчастны, – он поправил меня. – Храм ведь предпочитает магически одаренных, не так ли?
Я кивнула.
– Так почему же подавляешь свою магию?
– Я не подавляю магию, – ответила я резко. – Мерлин проверила меня, когда я была маленькой, и у меня ее нет.
Я умолчала, что последний раз она проверяла меня, когда мне было двенадцать, а к тому моменту я уже много лет принимала это лекарство. И я не считала, что этот вопрос стоило обсуждать с Мерлин. Какой в этом толк? Я и так выделялась, будучи старой вороной.
– Отвар не подавляет ничего полезного, Дравен. Я просто не хочу вдруг обнаружить, что у меня выросли хвост, или когти, или… рога, или шерсть, или еще что-то подобное.
Дравен некоторое время смотрел на меня с удивлением, а затем рассмеялся:
– Шерсть? Хвост? Откуда ты это взяла? Я никогда о таком не слышал.
– А тебе откуда знать, как выглядели фейри? – спросила я с вызовом.
