Доусон хмыкнул, Джорей промолчал. Втроем они стояли у широкого стола и делили на полосы светлую рубашку.
– У Банниена людей больше всего, – продолжал Доусон начатый без Клары разговор. – Однако у него неудобное для защиты поместье – слишком открытое, с низкими изгородями, которые можно перепрыгнуть. У Клинна поместье хуже, чем у Мастеллина. Но пока мы не узнаем, кто нас выдал, нельзя доверять тем, кому я доверял прежде.
– И при этом ты доверяешь Клинну?
– К Паллиако он не переметнется – даже если будет сгорать в пожаре, а вода окажется только у Гедера. Как ни странно, один Клинн сейчас и надежен.
Клара тронула Доусона за локоть, заставляя поднять руку, и наложила полосы светлой ткани на рассеченную кожу. Ее пальцы двигались проворно, словно сами знали дело. Да и все равно в мыслях сейчас царил хаос. Когда понадобилось пропустить бинт за спиной и закрепить, Джорей помог придержать ткань, и Клару внезапно накрыло воспоминание о том, как они с сестрой обмывали тело отца перед погребением. К горлу подкатил ком – слишком ощутимый, слишком несвоевременно.
– Я могу к нему съездить, – предложил Джорей. – Если ты считаешь это нужным.
– Нет, – возразил Доусон. – Пошли гонца. А сам забери мать и Сабигу, увези в безопасное место.
– С чего ты взял, что я соглашусь куда-то ехать? – едко осведомилась Клара. – Насколько я знаю, это пока еще мой дом.
Закончив перевязку, она потянулась за темной рубашкой. Доусон перехватил ее кисть. Неизвестно, чья рука дрожала больше.
– Если ты не уедешь, Джорей тоже останется, – объяснил Доусон. – А с ним и Сабига. Я пока не побежден, но я не могу одновременно воевать и заботиться о семье. Если вы останетесь здесь, я буду вас защищать и не смогу заниматься ничем другим.
– Тогда придется… – Голос отказывал, Кларе пришлось проглотить комок в горле. – Тогда придется поверить, будто где-то есть место безопаснее, чем здесь.
– Джорей увезет вас из города. А когда все кончится, привезет обратно.
– Ты говоришь правду? – спросила Клара.
Оба знали, что на этот вопрос Доусон ответить не сможет. Клара поцеловала мужа в лоб – нежно и сердито:
– Пойду возьму что-нибудь из вещей. Джорей, зови жену.
Верхом и в карете – способы путешествия самые быстрые, но и самые заметные для чужих глаз, так что пришлось идти пешком. Клара и Сабига кутались в темные плащи с капюшоном, впереди шагал Джорей, в кожаном панцире и с мечом на поясе. Клара безжалостно подумала, что зря отослала Винсена Коу – его меч сейчас пригодился бы или здесь, рядом с ней, или в особняке для охраны Доусона. В северной части Кемниполя что-то горело.
Столица переменилась. Широкие дороги стали опасными: слишком уж открытые, слишком выставляют путника напоказ. Хотелось спрятаться в тень, под защиту мрака. Судя по тому, как Сабига жалась к Кларе на ходу, невестку одолевало то же чувство. Темные здания и мощенные черным камнем улицы казались не прежним Кемниполем, а неким чуждым, грозным пространством, прикрывшимся маской знакомого города.
На пути возникла площадь, куда фермеры днем привозят продукты, – сюда ходят слуги богатых домов с западного края Разлома. Запах гнилой зелени в сточных канавах указывал, куда вчера свалили негодные овощи. С противоположного конца на площадь высыпала толпа мужчин с факелами, и Клара с Джореем в тот же миг беззвучно отступили в нишу у ближайшей лавки, увлекая за собой Сабигу. Свет факелов бил в глаза, не позволяя ничего разглядеть. Перекрикиваясь грубыми голосами, хмельные от вина и крови воины двигались туда, откуда шла Клара. К особняку Доусона. Сощурившись, Клара пыталась различить геральдические цвета, угадать, кто перед ней – союзники мужа, идущие на помощь, или враги, готовые жечь, убивать и грабить. Издалека не разглядишь, а подступать ближе она не рискнула.
Пропустив весь отряд, Джорей вновь вышел на площадь, женщины последовали за ним. Сабигу, которая взяла Клару за руку и не отпускала, Клара привлекла поближе к себе. Откуда-то справа донесся женский крик. Неизвестно, где сейчас городские стражники – ни один не попался на глаза. Крик смолк, и хотя Клара попыталась убедить себя, что кто-нибудь пришел женщине на помощь, в это не очень верилось.
На полпути к западным воротам улицу перегородила баррикада – столы, стулья, ящики, широкая перевернутая телега. По обе стороны суетились люди. Клара так и не поняла, кого здесь хотят остановить – желающих сбежать из города в поместье, как она, или солдат и бандитов, пытающихся войти в столицу. Ни геральдических цветов, ни знамен с эмблемами. Если войной называть кровопролитие по правилам и традициям на поле чести, то здесь была не война, а нечто гораздо хуже.
– Что нам делать? – прошептала Сабига.
– Идите за мной, – ответил Джорей.
