Маркус скакал верхом к западу, с мечом у пояса и со щитом за спиной. От солнца, встающего позади, падала на землю исполинская тень – гигантский двойник всадника. Слева сверкало золотой поверхностью море. Дерево с часовым едва маячило в пределах видимости. Бедолаге, торчащему на нем, солнце в эту минуту слепит глаза. Главное, чтобы он все-таки не проглядел отряд. Если внезапное нападение удастся по-настоящему, вся затея пойдет прахом. Бог с его чувством юмора, как отчего-то казалось Маркусу, вполне мог такое устроить.
– Рассредоточьтесь, – скомандовал он тем, кто скакал сзади. – Шире строй. Пусть думают, что нас больше.
Зазвучали голоса, команду передавали от одного к другому. Теперь все зависело от времени и точности. При свете ландшафт выглядел по-другому, бухта уже не казалась такой далекой, как ночью. Маркус привстал на стременах.
– Давай-давай, – приговаривал он. – Смотри, повернись сюда, смотри. Мы здесь, здесь.
Широкая ветвь колыхнулась. Листья сверкнули ярче чистейшего золота. Протрубил рог.
– Вовремя, – пророкотал Ярдем.
– Именно, – откликнулся Маркус.
Он мысленно представил себе, как моряки мечутся по лагерю, хватают вещи, бегут к лодкам. Молча сосчитав десять вздохов, он перебросил щит вперед и выхватил меч.
– Вперед! – скомандовал он. – Пора!
За поворотом, ведущим к бухте, их встретил шквал стрел. Маркус крикнул, его бойцы подхватили клич. На дальнем конце узкой песчаной полосы стояли с десяток лучников, метали стрелы перед тем, как прыгнуть в стоящую наготове кожаную лодку и устремиться к кораблям и дальше в море. Остальные лодки с десятками бойцов, способных уничтожить отряд Маркуса, уже отчалили, моряки вовсю налегали на весла.
Первая лодка, отдалившаяся от берега на пару десятков локтей, начала уходить под воду.
В сверкающих волнах, почти невидимые из-за солнечных бликов, одиннадцать куртадамов длинными ножами резали днища кожаных лодок.
Маркус придержал коня и дал знак своим лучникам занять прибрежную полосу. Ясуруты с бешеными криками уже налетели на пиратов у последней лодки. На кораблях заметались несколько человек, вглядываясь в происходящее на берегу и в прибрежной воде. Первая лодка уже утонула, вторая еще держалась на волнах – моряки исступленно вычерпывали воду кто шлемом, кто голыми руками. Грести, правда, было некому, так что далеко не уплывут.
Маркус сделал знак своим стрелкам, те подняли луки.
– Сдавайтесь сразу, останетесь целы! – прокричал он пиратам, перекрывая шум прибоя. – Попытка к бегству – смерть! Выбирайте!
В полосе прибоя один моряк попытался-таки добраться до корабля. Маркус указал на него мечом, в воду обрушились три залпа стрел, и тело перестало двигаться. Как по команде, в этот миг над водой показались черные головы Ахариэля и остальных куртадамов, выстроившихся в волнах почти ровной линией между кораблями и тонущими лодками. В руках засверкали поднятые ножи, как ощеренные зубы океанского монстра.
– Бросайте оружие в воду, – крикнул Маркус пиратам. – Не осложняйте дело.
Моряки, мокрые и угрюмые, потянулись на берег, бойцы Маркуса брали их по одному, связывали и сажали под бдительный присмотр.
– Пятьдесят восемь, – объявил Ярдем.
– Еще несколько на кораблях, – заметил Маркус. – И тот, утыканный стрелами.
– Стало быть, пятьдесят девять.
– Все равно превосходящие силы. Значительно превосходящие, – повторил Маркус и после паузы добавил: – Приукрасим побольше, когда будем рассказывать в харчевне.
На берег, пошатываясь, выбрался еще один: молодой, из первокровных, с заплетенной по кабральской моде бородкой и светло-зелеными глазами на худом остром лице. Шелковые одежды липли к телу, обрисовывая брюхо. Он походил на побывавшего в ручье котенка. Маркус пришпорил коня и подъехал к пленнику:
– Масео Риналь?
Пиратский капитан посмотрел на Маркуса с презрением, вполне заменившим утвердительный ответ.
– Тебя-то я и искал, – сообщил Маркус.
Пират пробормотал непристойность.
Кожаная палатка Маркуса стояла наверху склона; натянутая на рамы кожа отгораживала от ветра, если не от мух. Масео Риналь, провонявший морской водой, сидел на подушке, кутаясь в шерстяное одеяло. Маркус расположился за походным столом с хлебом и колбасками. Внизу в бухте, как на сцене перед зрителями, люди Маркуса разгружали сдавшееся на их милость судно, перетаскивали товар на берег и грузили в повозки.
– Ты напал не на тот корабль, – сообщил Маркус.
– А вы вообще не на того напали, – ответил Риналь неожиданно тонким голосом.
– Пять недель назад барк «Грозовран» шел на восток мимо Кабральского мыса. Не дошел. Сбился с курса и потонул, груз исчез. Ничего не напоминает?
– Я родич Сефана, короля Кабраля. Вы со своими магистратами ничего мне не сделаете, – заявил Риналь, вздернув подбородок. – Я требую соблюдения Карцедонской конвенции.
Маркус откусил кусок колбаски и медленно прожевал.
– Капитан Риналь, – сказал он наконец, упирая на каждый слог, – погляди на меня. Я что, похож на пешку при магистрате?
Подбородок остался вздернутым, однако в глазах пирата мелькнула растерянность.
