Всё во мне кричало: расскажи ей, расскажи! – но я не могла. Пока не могла.
– От него словно оторвали кусок. Ты когда-нибудь слышала про такое?
Я покачала головой, забыв, что она меня не видит, и сдавленно пискнула:
– Нет.
– Как бы то ни было, ему становится хуже, и быстро, – судя по голосу, Молли держалась из последних сил. – Ты бы поняла, что я имею в виду, если бы оказалась здесь. Но тебя тут нет. Не скучай, оторвись по полной, – и она дала отбой.
Вина висела уже не камнем, а горой, и я ничего не могла с этим поделать. Я так и стояла, уткнувшись взглядом в телефон, пока меня не окликнула Кирсти.
Единственный способ избавиться от гнёта – приложить все силы, чтобы помочь дедушке. Я побежала к Зейну и Кирсти и торопливо спросила:
– Тебе удалось сузить зону поиска кентавров?
– Ох, да как тебе сказать, – театрально вздохнула она. – Разве что до нескольких тысяч акров, – она ухмыльнулась, увидев, как я спала с лица. – Поверь мне, при таких масштабах, как Дикие земли Ранастана, пара тысяч акров – уже хорошо, – и она пошла на стоянку к машине.
– Но в Диких землях нам же будет попроще их искать? – уточнил Зейн.
– Хитрость в том, что их нельзя просто выследить, как других созданий. Но когда мы встретимся с моей знакомой на границе Степи, она покажет, откуда лучше начать.
– Постой, – остановился Зейн. – Раз мы имеем дело с Эмилией, я сперва хочу проверить нашу машину на жучки – механические или волшебные. Осторожность не помешает.
– Да нет здесь ничего, – Кирсти сердито закатила глаза, но не стала мешать.
Зейн достал палочку и прошептал что-то так тихо, что я не разобрала слова. Облако голубого света окутало машину. Прошло несколько секунд, но цвет облака не менялся. Зейн опустил палочку и сказал:
– Можно ехать.
– Вот спасибо, – фыркнула Кирсти. Она уже успела пристегнуть ремень и теперь рассматривала карту. – Вообще-то, у простецов тоже есть свои способы проверки, о которых Таланты и не подозревают. И я к ним уже прибегла до вашего прибытия.
– Как минимум час назад.
– Ребята, – я подняла руки вверх в примирительном жесте, – давайте уже поедем, а?
– Точно, – и Кирсти поинтересовалась со вздохом: – Зейн, ты усидишь на месте несколько часов? А то поездка будет долгой. Знаю: Талантам до ужаса тоскливо, когда нельзя разбрасываться колдовством направо и налево, – в её голосе был шёлк, но в глазах крылся яд. Только этого не хватало.
– Он успел нарыть инфу о кентаврах в самолёте, да, Зейн? – напомнила я.
По счастью, Кирсти, сев за руль, снова стала вести себя как профессионал. Я устроилась рядом с ней, а Зейн – на заднем сиденье.
– Да, и сегодня нам повезёт увидеть вживую их сборище. Знаешь почему, Сэм?
Видимо, мне полагалось это знать.
– Нет, не знаю.
– Скажи, который час? – со значением поинтересовалась Кирсти.
Я опустила глаза на наручные часы, и только теперь вспомнила, что у нас поменялся часовой пояс.
– Ой, мне, наверное, стоило исправить время на местное?
– В любой другой стране стоило бы, но не здесь. Знаю, в Нове вас учат, будто там центр пространства и времени, но это не так. Ранастан – это место, где время начинает свой бег. Неуправляемое волшебство вмешивается в работу всех здешних часов. И твои сейчас показывают самое точное время.
– Ничего себе, – я уставилась на них как на нечто незнакомое.
– Народ Рана испокон веков предпочитал селиться в Диких землях, даже их Таланты. А потому и волшебство у них намного более дикое – их предметы покажутся вам примитивными, но они намного сильнее. Их племена когда-то владели большей частью континента, но, когда Таланты стали перенаправлять потоки волшебства в города, это уничтожило исконный образ жизни Рана. Ты сама увидишь, как сильно здесь отличаются жители городов и Диких земель.
Я выглянула в окно, взглянуть на Самар – столицу Рана, и он показался мне похожим на большинство других городов: прямые широкие улицы, внушительные небоскрёбы, памятники выдающимся личностям. Мимо мелькнула статуя кентавра – я вскрикнула, но тотчас поняла, что это человек верхом на гигантском скакуне, выдыхающем пламя из ноздрей. На самом деле металлическую раму искусно обвивали гирлянды из жёлтых, рыжих и алых гвоздик.
– Сегодня – праздник Огненного Коня, – заметил Зейн. – Ты это имела в виду под сборищем?
– Точно, – кивнула Кирсти. – Значит, ты всё-таки сделал домашку. Для нас это хорошо, потому что облегчает поиски кентавров. Но в то же время обстоятельства могут повернуться к нам… интересной стороной.
Я ужасно не любила, когда Кирсти что-то называла интересным. В её мире это значило «опасным».
– Кирсти, у тебя есть план или мы полагаемся на удачу? – спросил Зейн. Я поймала его взгляд в зеркале заднего вида, и он выразительно поднял брови.
– По-твоему, я какой-то новичок? – и она кивнула в сторону багажника.
Зейн извернулся, чтобы заглянуть за спинку сиденья.
– Ого! – воскликнул он.
– Что там? – спросила я.
– Здоровенные бочонки… и что-то вроде упаковки фейерверков?
– Ээ… мы везём пиво для кентавров? – спросила я.
– Обижаешь! – фыркнула Кирсти. – Чистый виски.
– Ох, – вырвалось у меня, а Зейн одобрительно кивнул:
– И фейерверки?
