Эвелин, едва дождавшись меня, схватила за руку и потащила к большому трюмо.
– Мы сейчас Переместимся прямо во Дворец, хорошо? Это будет намного проще, если ты подержишься за мою руку.
Я сжала её ладонь и позволила меня Переместить. Кажется, к такому способу путешествовать никогда не удастся привыкнуть. Идея состояла в том, что два потока волшебства связывались через зеркало, и Таланты, развившие свои умения в этой области, переносили тебя в точку назначения – будь ты простецом или Талантом, никогда не бывавшим в этом месте. Однако Перемещение с Эвелин не шло с обычным ни в какое сравнение. Её колдовская сила была так велика, что мы Переместились в мгновение ока.
Как только нас окружило убранство королевских покоев, Эвелин запечатала их от прослушивания, и я обернулась к ней.
– Эви, мне нужна твоя помощь. Ты должна сегодня же доставить меня в Ранастан.
Следующие несколько часов слились в невообразимый хаос: Эвелин занялась подготовкой к путешествию. При желании она обретала силу и скорость урагана, и мне оставалось лишь тихо радоваться тому, что я спасалась рядом с ней, находясь в самом эпицентре бури, – иначе бы меня просто сдуло. В итоге она так переорганизовала Королевский тур, что он начинался в Самар – столице Ранастана, и не просто так, а с целью культурного обмена. А заодно и для того, чтобы увидеть страну, в которой Эвелин ещё ни разу не была. Королевской свите пришлось изрядно похлопотать, не говоря уж о том, что творилось у принимающей стороны, в самом Ранастане. Впрочем, чего не сделаешь ради удовольствия наследной принцессы? Попробовали бы они отказаться. Вряд ли их часто навещают такие важные персоны.
Мы с Зейном добирались до аэропорта вдвоём, а Эвелин доставили в её личном лимузине. Самолёт был частный и отбывал с закрытой взлётной полосы в предместьях Кингстауна. Эвелин всегда путешествовала так в случае публичных мероприятий, хотя могла мгновенно Переместиться куда угодно. Однако приземление борта № 1, спуск по трапу под вспышками камер, почётный караул и толпы орущих фанатов – всё это неизменные атрибуты шоу, коим отчасти являлся наш тур.
Я цеплялась за руку Зейна, пока мы поднимались в кабину самолёта. В дорогущем блейзере, накрахмаленной белой рубашке и отутюженных брюках он смотрелся совершенно естественно – будто родился с иголочки. Чего нельзя сказать обо мне – оборванке, замаскировавшейся потехи ради. Нарядный сарафан хотелось сменить поскорее на более удобную одежду, что я и собиралась сделать в самолёте.
Королевский борт был таким же большим, как рейсовый лайнер, а внутри отделан тем же бархатом и роскошными материалами, что и Дворец. Зейн (этот счастливчик уже имел возможность летать на нём с Эвелин) устроил мне ознакомительную экскурсию. Больше всего поражал воображение простор, столь не свойственный обычным самолётам. В хвостовой части располагались четыре спальни вполне приличных размеров, и в каждой стояла очень удобная двуспальная кровать, как в дорогих отелях. В примыкавших к ним туалетах были душевые кабинки. Полностью оборудованная кухня (никаких пересушенных чёрствых пайков от авиакомпании), бар с огромным выбором напитков, обеденный стол и диваны. В передней части имелся отсек для прессы, где журналисты могли отдохнуть в мягких откидных креслах. Я всерьёз задумалась, смогу ли снова спокойно летать эконом-классом после такой роскоши.
Мы вернулись в центральную часть, где Ренел восседал за полированным рабочим столом и вместе с Эвелин правил списки приглашённых на бал. Там было столько незнакомых имён и подробностей, что оставалось лишь дивиться тому, как они помещаются у Эвелин в голове.
– Я так и не понял, почему мы должны это делать…
Она демонстративно изучала лак на ногтях.
– Я уже объяснила – потому что я так хочу. Ренел, если я
За спиной послышался тихий щелчок. Журналист вышел из туалета и чуть помедлил, прислушиваясь к разговору. Судя по его радостной физиономии, он только что получил вкусную сплетню для первой полосы… Я мигом представила заголовок: «ПОЧЕМУ? ПОТОМУ ЧТО Я ТАК ХОЧУ: ВОСПИТАНИЕ ИЗБАЛОВАННОЙ ПРИНЦЕССЫ».
С медиа всегда были проблемы. Насколько сильно они её любили, настолько же больно старались укусить. Я обожгла его разъярённым взглядом, но он лишь пожал плечами и испарился в отсеке для прессы. Я не сомневалась, что он работает на «Нова Мейл».
– Идём, – позвал меня Зейн. Он взял меня за руку и повёл в одну из спален в хвосте.
Он проверил, что в коридоре никого нет, и закрыл дверь, а затем посмотрел на меня так, что я покраснела. Всё ещё не привыкла, чтобы горячие парни вели себя подобным образом по отношению к серой мышке Сэм.
Будто я – нечто
