Королевский тур полностью

Сердцебиение пришло в норму. Арджун всё ещё выглядел встревоженным, его обеспокоенные карие глаза были увеличены стеклом маски. Он показал мне большие пальцы. Поднимемся? Это значило, что мы бы не израсходовали отведённые на погружение двадцать минут. И нам по-прежнему предстояло обшарить огромное озеро. Я покачала головой и кивнула, предлагая продолжать. Он кивнул в ответ. Показал мне «Окей», и мы продолжили.

Я ругала себя за глупый приступ паники – так спокойно было нам под водой. Наверное, оттого, что рыбы практически не реагировали на наше присутствие, нас как будто тут и не было. Мне всегда нравилось наблюдать за ними в аквариумах, а здесь обзор был намного лучше. Я подумала, что непременно попробую нырять когда-нибудь потом – при менее стеснённых обстоятельствах.

Арджун показал, что собирается вернуться в лес из водорослей, чтобы исследовать его внимательнее, а мне предложил наблюдать сверху – не замечу ли я что-то интересное. Я устыдилась, что так и не набралась отваги, чтобы последовать за ним, но решила не рисковать новым приступом паники. Обидно, что плющ оставил такую болезненную память, но это было одним из самых ужасных приключений в моей жизни. Хуже, чем разъярённый йети, который свёл вместе нас с Зейном. При мысли о нём я снова почувствовала вину. Если бы только я могла позвонить ему, когда сбежала от Эмилии!

Когда двадцать минут закончились, Арджун показал, что пора подниматься: снова пальцы вверх. Я кивнула, и мы проплыли несколько метров к поверхности. Я держалась за якорный канат и ждала, пока тело адаптируется к давлению. Затем мы вернулись в лодку.

– Нашли? – спросила Анита, помогая перевалиться через борт. Я стянула маску и покачала головой.

– Не повезло, – во рту было сухо из-за сжатого воздуха, и я с удовольствием глотнула воды.

– Сплошные водоросли да рыба, – сообщил Арджун. – Они тут совсем не пуганые, что ли? Вообще-то, я первый раз ныряю в озеро.

Я кивнула, чувствуя, как тоскливо сжимается сердце:

– Внизу ещё очевиднее, что это глухой номер.

– Давайте переместимся на вторую точку, – поспешно предложила Анита. – Она почти в самом центре озера. Ты в состоянии снова погрузиться?

– Да, давайте продолжим, – сказала я.

– Нам положена передышка. Как минимум час, прежде чем нырять снова, – напомнил Арджун.

– Арджун, ты шутишь? Или собрался нырять в третий раз, когда стемнеет?

– Ладно, пусть будет сорок пять минут. Не меньше. Будет глупо найти дневник и помереть с ним от декомпрессии.

– Согласна, – сказала я.

Но следующее погружение оказалось таким же бесплодным, как первое. Арджун снова ушёл немного глубже меня, но ничего не нашёл. Мы даже сунулись в подводную пещеру, на которую я возлагала большие надежды: место, где всегда темно, но звёзды зажигаются по команде. Увы, там не было ни малейших следов присутствия человека – и уж тем более книги зелий. Зато я нос к носу столкнулась со здоровенным угрём – не очень весёлый опыт. Хорошо хоть он только и делал, что разевал рот, как ребенок при виде новогодней ёлки. Я тоже чувствовала себя обманутой, не получив вожделенного подарка к Рождеству. Мы не заметили никаких признаков светящихся водорослей, о которых толковала Анита. И как бы я ни старалась щёлкать пальцами или хлопать в ладоши, светиться они не желали.

– Ладно, следующая точка ближе к берегу, но, судя по карте, там берег довольно крутой, поэтому и глубина приличная. Я даже якорь там не смогу бросить, – сообщила Анита, когда мы вернулись в лодку.

– А ты не могла бы выбрать те места, где вероятность найти водоросли наиболее высокая?

– Именно так я и выбрала эти три точки, – рассердилась Анита.

– Знаю, – я взяла подругу за руку. – Спасибо тебе. Извини. Просто… Мне очень, очень надо её найти.

Мы ждали, пока можно будет снова идти в воду, и смотрели, как неуклонно солнце катится к горизонту. И почему здесь закат такой короткий? Светило будто падает с неба. Кажется, сумерки такие короткие из-за плоского ландшафта и близости к экватору.

– Что-то я не очень уверен, – заметил Арджун. – Погружаться при дневном свете – это одно, но ночью – совсем другое. Тут нужны опытные ныряльщики.

– Ну, у нас ведь есть фонари? С ними мы осмотрим всё, что сможем. И как только ты решишь, что пора, мы вернёмся на поверхность. Без проволочек, обещаю.

Он всё ещё тянул время, и как бы мне ни было противно вынуждать его принимать решение, я первая прыгнула в воду. Неудобно пытаться скрестить на удачу пальцы в ластах – на руках я скрестила заранее. В этот раз мы непременно найдём водоросли.

Не можем не найти.

Когда мы пошли вниз на этот раз, вокруг стало значительно темнее. Хорошо, что фонари работали исправно, хотя могли разогнать тьму лишь в ограниченном пространстве. Заниматься поисками в этом призрачном свете стало намного труднее. Вода стала мутной, и хотя я понимала, что вокруг многие мили озёрного пространства, не могла отделаться от ощущения замкнутости, как в тоннеле.