Девушки споро приладили фату вместе с бриллиантовой диадемой. Встала, невольно охнув, платье было таким громоздким, что я и ходила-то в нём с трудом. Несколько юбок, тяжёлая парча, жемчуг и бриллианты, золотое шитьё. Я мечтала о подъёмном кране для моего наряда. Хорошо хоть Мария и Весения были рядом.
Павел с праздничным кортежем должен был прибыть из Летнего дворца за мной, матушкой и нашей свитой. Венчаться мы будем в Князь-Владимирском соборе. Церемонию вызвался провести патриарх Тихон, смеясь, он в шутку называл нас своими крестниками.
Раздался пушечный грохот, значит, процессия Павла уже тронулась в нашу сторону. По улицам стоял народ, кидая в воздух шапки и приветствуя императора и цесаревича.
Было начало сентября и уже веяло осенней прохладой. Я подошла к окну, вдыхая свежий воздух.
– Это не платье, а орудие пыток, – пожаловалась Весе, – как в нём выстоять всё венчание, а потом ещё празднование во дворце.
– Крепись, – сжала подруга моё плечо, – всего неделю праздников, – рассмеялась она издевательски.
Я застонала:
– И ты туда же. Негодная.
Анна Александровна превзошла сама себя на семь дней запланировав празднества. Впрочем, Ланская ей не уступала. Прогулка на кораблях по Неве, потом по воздуху, бал в Летнем и Зимнем Дворцах, приём в Петергофском дворце, гуляния и салюты на Елагином острове. Программа обширная, главное – её выдержать. Мы с Павлом поблагодарили императрицу, когда она предъявила нам расписание свадьбы, и чуть не взвыли, читая потом, что задумала государыня.
Я обернулась к Весе:
– Вот попрошу княгиню Ланскую заняться и вашей свадьбой с Матвеем, – хищно улыбнулась подруге.
Та прикрыла руками лицо в притворном испуге:
– Смилуйтесь, Ваше Высочество! – И расхохоталась, – к счастью, даже нашего общего состояния не хватит и на половину такой свадьбы. Твои угрозы бессильны, – и показал мне язык.
– Перестань потешаться, лучше помогите мне спуститься в этом пыточном наряде, – проворчала я.
Мария подставила мне правую руку, Веся – левую, Варя придерживала подол сзади. Так мы и пошли потихонечку к выходу. Мне предстояло появиться на крыльце во всём своём великолепии.
Внизу возле двери уже ожидала Анна Александровна:
– Сашенька, – улыбнулась она, завидев нас, – ты изумительно выглядишь. Как я в день своей свадьбы.
Я пыхтела, карабкаясь с одной ступеньки на другую:
– Спасибо, Ваше Величество. Платье просто чудесное, даже не описать словами.
Судя по крикам с улицы, Павел был уже близко. Двери распахнулись. Шествие начала императрица и великая княгиня Дарья Алексеевна, за ними великая княжна Анастасия Михайловна и Софья Дмитриевна, потом мы с Марией. Сделав полукруг по площади, кортеж остановился перед нами. Павел сидел в открытом белом ландо, что стояло как раз напротив двери.
Любимый был великолепен. В парадном мундире, на котором сияли ордена. Однако глаза моего будущего супруга затмевали их свет, столько любви было в них. Казалось, на месте зрачков поселились две звезды, полыхавшие ласковым пламенем.
Я расправила плечи и шагнула вперёд, на солнце бриллианты вспыхнули миллионами огней, заставив окружающих невольно зажмуриться. Теперь-то мне понятно выражение «выглядеть ослепительно», – хмыкнула про себя.
Меня усадили в ландо, и процессия медленно тронулась к собору. Ехать нам пришлось стоя: народ жаждал видеть молодых.
Возле храма мы спешились. В собор вошли только наше многочисленное семейство и приглашённые иностранные гости, в числе которых была и юная королева Дании, Теодора, пославшая мне благодушную улыбку.
Венчание должно было пройти на высоком помосте, специально для этого установленном в храме, где стоял, ожидая нас, патриарх Тихон. Я тихо охнула, увидев новые ступеньки.
Павел поднялся первый, следом Анна Александровна повела меня. Перед подъёмом я невольно замешкалась, пытаясь справиться с юбками. Павел шагнул ко мне и подал руку:
– Ничего не бойся, я с тобой, – улыбнулся он так, что, забыв про всякую тяжесть, взлетела по ступенькам навстречу любимому.
И стоя перед патриархом, благодарила высшие силы за то, что встретила свою судьбу в этом новом мире, познала радость дружбы, любви, преданности. Трудности ещё будут, я знаю. Только рядом с любимым и моими друзьями ничего не страшно. Совсем ничего. Где-то над головой плыл колокольный звон, словно ответ на мои молитвы.
Прошло пять лет
– Мама! – прыгал по мне маленький Петька. – А Николька мне лошадку не даёт и ещё дразнится!
Я зарылась головой в подушки, сыновья просыпались чуть свет, солнце едва показалось из-за горизонта.
– Твои дети проснулись, – толкнула я Павла.
– Только мои? – хлопал муж сонными глазами. – Помнится, ты тоже принимала в этом участие, – он притянул меня к себе и поцеловал в нос.
– До десяти ноль-ноль они твои, – отрезала я, закутавшись в одеяло.
Мы были в моей усадьбе, куда ездили в выходные, на нашем корабле. Быстро и удобно. Двигатель давно модернизировали, теперь судна развивали порядочную скорость, не завися от ветра.
