Мы поднялись с пола и обнявшись, слегка покачиваясь и подпирая друг друга, вышли в коридор. Добрались до моих покоев. Нам открыла Варя, онемевшая от удивления.
– Сашка, – цесаревич опустился на кровать, – мы победили!
– Давай отдохнём, мой герой, – улыбнулась я, положив голову ему на грудь, – твой папенька все силы выпил. Едва на ногах стою.
Не сняв одежды и не умывшись, мы завернулись в покрывало и крепко заснули. Никто не посмел потревожить наш покой.
Я сидела в покоях императрицы Зимнего Дворца. Возле меня сновали фрейлины, служанки, лакеи и куча непонятного народа.
Прошёл год с нашей памятной стычки с Михаилом Романовичем. Родители Павла поставили это условие после того, как брак одобрил патриарх Тихон.
Я откинулась на спинку кресла и погрузилась в воспоминания.
Когда мы с Павлом проснулись, на следующий день во дворце стояла почти гробовая тишина. Люди, напуганные невероятным магическим выбросом, разбежались кто куда, остались лишь слуги и гвардейцы. Им деваться некуда. Варенька принесла вещи Павла, мы привели себя в порядок и отправились в покои императора.
Михаил Романович беседовал с патриархом и Василием Андреевичем. Государь был спокоен, только морщин на лице прибавилось и изменила ему строгая военная выправка. Перед нами, в длинном халате, совсем не по регламенту, сидел в кресле обычный мужчина, уставший от жизненных коллизий.
На диване, чуть поодаль, расположились Анна Александровна и Софья Дмитриевна. Обер-гофмейстерина, увидев меня, расплылась в довольной улыбке, заговорщицки подмигнув.
Мой боевой пыл угас, и я немного оробела, войдя в покои. Павел взял меня за руку, ласково улыбнулся и подвёл к отцу:
– Государь, теперь я смею вам представить свою невесту?
– Чего уж там, – махнул устало Михаил Романович, – оставим эти церемонии. Садитесь, дети.
К нам присоединились императрица и Ланская.
– Думаю, сейчас и свадебку можно обсудить, – улыбнулся патриарх, – чего тянуть. Мне тоже подготовиться надо. Собор опять же украсить.
– Думаю, нам нужно подождать после разрыва с Теодорой, – сказал государь, – лет пять.
Мои брови возмущённо поползли вверх. Павел наклонился ближе к отцу.
– Почему так долго? Что ты ещё хочешь проверить?
– Разве срок имеет значение? – Михаил Романович едко усмехнулся, – или любовь закончится? – Однако увидев моё лицо, государь как-то странно крякнул и замолчал.
– Миша, – покачал головой патриарх, – опять ты за своё? Думаю, года будет вполне достаточно.
– Я согласна с предстоятелем, – поддержала нас Анна Александровна, – ни к чему тянуть с бракосочетанием.
– Сдаюсь, – устало произнёс император, – если твоя невеста опять взбунтуется, – бросил на меня насмешливый взгляд, – боюсь, я не переживу. Хорошо хоть Теодора отказалась от выплаты неустойки по договору. Знаешь ли, внушительная сумма, – на этот раз неодобрительный взгляд на Павла. И приданое за ней отличное было.
– Позвольте мне сказать, Ваше Императорское Величество, – вмешалась я.
– Слушаю, – коротко бросил государь.
– В качестве приданого я готова отдать чертежи воздушного судна и свою долю прибыли. Остальное принадлежит Горскому Тихомиру Яковлевичу.
– Чем тебе не приданное, а? – Повеселел патриарх, – чай не у каждой принцессы такое найдётся.
– Позвольте и мне сказать, – вмешался Жадовский, – вчера я имел беседу с Горским, и мы предполагали подобный план событий. Так что он отказался от своей доли в вашу пользу, Александра Николаевна.
В глазах императора промелькнул алчный огонёк:
– Превосходно. Мы принимаем ваш дар.
Я не жалела о сделанном. Строить флотилию в моих планах не было. А деньги? Заработаем иначе. У нас есть новый плуг, стиральная машина, переговорные камни. В будущем ещё что-нибудь придумаю. Моих идей хватит на десяток лет вперёд.
На этом разговор переключился в сторону устройства бракосочетания, и дамы взяли шефство. Император прикрыл глаза и слушал вполуха, мы же с женихом растерянно переглядывались. Регламент у свадьбы строгий, нашего желания никто не спрашивал. Ну и пусть. Мы, как только смогли, улизнули в парк и долго гуляли по аллеям, наслаждаясь свободой, что можно просто пройтись, держась за руки, не боясь, что нас кто-то увидит.
А потом наступило время разлуки. Да, да. Император увлёкся моими изобретениями, нашёл их чрезвычайно полезными. Засадил всю Научную коллегию за создание необходимых артефактов, ну а мы ездили по городам и весям, внедряя, так сказать, её в массы. Михаил Романович наслаждался подвернувшимся отпуском, самолично проверял, как народ учится работать на новых плугах.
В первую очередь проехали мы к моей усадьбе, тут уж все с ним освоились. Никита и другие мужики показали государю, как легко ими вспахивать землю. Женщины наготовили разносолов на года три вперёд, каждый день устраивая настоящий пир для императора.
