– Слишком странно. Словно магию теургов скрепили с заклинанием. Колдун может оказывать влияние лишь при контакте с человеком. Почему тогда действие продолжается? Не знаю, как быть в таких случаях. Могу лишь сказать, что чувствую сопротивление цесаревича. И оно будет недолгим.
– Он умрёт?! – Сердце зашлось от страха.
– Нет. Станет послушен чужой воле. Как кукла.
– Как ты это поняла?
– Понимаете, я чувствую магию и знаю, на что она направлена. Тут подчинение. Жёсткое.
Вот оно что. Сигизмунд не просто так взял принца в плен. И вся эта заварушка с землями преследовала лишь одну цель. Подчинить цесаревича. Хитро. Павел сядет на престол, а у короля Речи Посполитой в руках окажется послушная марионетка, владеющая огромной империей.
Не дождётесь.
Раз уж воздействие идёт на подсознание к целительской магии необходимо подключить и ментальную. С двумя направлениями сразу я не работала. Только сегодня выбора нет.
Я села на пол, рядом с Павлом. Успокоилась и потянула эфир, стараясь наполнить себя силой. Выходило не очень хорошо, откат ещё давал знать.
– Госпожа, я помогу вам, – сказала Веся, когда я открыла глаза, – направлю свою силу через вас.
– Тогда не будем медлить. С Павла надо снять артефакт. Иначе мне не добраться до сознания.
– Это невозможно. Амулет практически единственное, что помогает ему сопротивляться. Сделаем по-другому. Я ведь добиралась до чужих мыслей и с артефактами. Это как плетение паутины. Необязательно её рвать. Можно аккуратно отодвинуть.
– Всё поняла. Сможешь сделать так для меня?
– Попробуем.
Веся села рядом, положив одну руку мне на голову, другую на Павла.
– Следите за потоком моей силы.
Перешла на магическое зрение. От Веси потянулись нити, они осторожно обходили защиту. Я пустила следом свою силу, немного, чтобы не помешать работе девушки.
Шаг за шагом получалось проникнуть в сознание принца. Трудно описать мысли, чувства и волю человека. Словно призрачные коридоры, где за дверьми скрыты воспоминания, желания, эмоции.
У Павла же всё занимала странная бурая субстанция. Чужая воля выглядела именно так. Она пыталась заполонить собой подсознание, глубинные слои. И я физически ощущала сопротивление цесаревича.
– Мы справились. Дальше действуйте сами. Моя магия тождественна враждебной. Боюсь, могу навредить.
Веся положила руки мне на плечи, вливая чистую силу.
Ну-с, потёрла я мысленно ладони. Заклятие, значит. Чужеродное влияние и правда действовало словно по чужой указке. Мне в голову пришли слова Жадовского, что целитель может вылечить не только тело, но и душу.
Сконцентрировавшись, направила зелёные нити магии на чужеродное заклятие. Поначалу ничего не происходило, я удвоила напор. И моя сила точно начала впитываться в бурое тело заклинания. Ослабив воздействие, потихоньку вторгалась в самую суть чужого влияния. Чувствовала, как моя магия концентрируется в центре «захватчика». Ещё немного и послала импульс. Похоже, на активацию бомбы, только на этот раз она была исцеляющей.
Бурая масса вздрогнула и начала распадаться на мелкие клочки, которые выжигали зелёные всполохи моей магии. Я не ослабляла усилия, Веся помогала, питая своей волшбой. Наконец, чужеродный объект рассеялся. Подсознание Павла снова приобретало нормальные очертания.
Я открыла глаза. На улице был полдень, судя по ослепительному солнечному свету.
– Сколько времени ушло на всё? – Потрясённо спросила Весю.
Девушка была бледна, и руки её слегка подрагивали.
– Не знаю, – она тяжело поднялась на непослушных ногах и прошла к туеску, где была вода.
– Ваше Сиятельство, – раздался голос Василия, – наконец-то. Я уж думал, вы все заколдованы. Сидите, ровно статуи какие, не шелохнётесь.
Вернулись мы под утро. И когда девушка меня разбудила, едва наступил рассвет. Выходит, на излечение Павла ушло часа три, по самым скромным расчётам.
Осмотрела цесаревича. Дыхание его выровнялось, став спокойным и глубоким, он ещё не приходил в сознание, но выглядел лучше. Легонько потрясла Павла за плечо. Тот приоткрыл глаза.
– Саша, – счастливо улыбнулся принц, – ты мне снишься?
– Нет, – погладила его по волосам, – это не сон.
Он огляделся по сторонам и сел на лавке:
– Голова кружится, – тихо сказал он, сжимая виски, – где мы?
– В лесу, Ваше Императорское Высочество! – Отрапортовал кучер, вытянувшись по струнке.
– Не кричи так, – поморщился цесаревич, – не на параде.
– Василий, будь добр, сделай нам чаю. Вчера мы травок нарвали.
– Уже, Ваше Сиятельство. И похлёбка грибная готова. Извольте к столу.
– Ничего не понимаю, – тряхнул головой Павел, – как вам удалось вызволить меня?
Я, поднявшись, села рядом с ним и рассказала все события прошедшей ночи.
Цесаревич обвёл нас изумлённым взглядом:
– Втроём пойти в ставку неприятеля?! Вы сумасшедшие.
– Что сумасшедшие, что влюблённые – всё едино, – под нос проворчал Василий, разжигавший погасший в печурке огонь.
Принц обнял меня, прижав к себе:
– Никогда и не подозревал, насколько сильно ты можешь любить.
