Ослы топают копытами и пятятся от Арти. Моя мать смотрит на всех нас, смахивая со лба капли пота. Затем она делает шаг и спотыкается. Мое сердце сжимается от того, что проклятие опять ослабло. Отец, Тай и Нези бросаются к матери.
Терра смотрит на меня широко раскрытыми глазами, сжимая обмотанную вокруг ее руки веревку. Она открывает рот, чтобы заговорить, но я качаю головой. Теперь понятно, что Терра ничего не знала о происходящем в доме. Как и я.
– Мне нужно отдохнуть, – ворчит Арти, все еще сгорбившись. – Ребенок шевелится.
Оше и Тай идут с ней через двор и сад к арочному входу в двухэтажное здание. Нези остается наблюдать за разгружающими ослов носильщиками. Я кладу шкатулку со свитками в мешок и перекидываю ремень через плечо. Нельзя допустить, чтобы ее обнаружили. Рабочие много часов перетаскивают наши пожитки на виллу. Как и раньше, день тянется бесконечно долго, а ночи нет конца. Вечная тьма застилает небо, и все огни на вилле оживают сами собой. Казалось бы, простая магия, но здесь я ей не доверяю. Я остаюсь с Террой на кухне, чтобы ни одна из нас не оставалась в одиночестве, хотя ночью придется разойтись.
– Но как?
Она позволяет своему вопросу повиснуть между нами. Когда я окончательно сниму с себя проклятие, можно рассказать ей обо всем, но я не хочу втягивать Терру еще глубже в проблемы моей семьи. Есть шанс, что она тоже находится под влиянием моей матери и не осознает этого.
Двое рабочих проходят мимо кухни, таща по коридору большой ящик.
– Ты нравишься Тай, – добавляю я, прикусив щеку. – Поговори с ней. Пусть она убедит мою мать погасить твой контракт. Скажи ей, что скучаешь по дому, что скучаешь по своей семье. Говори все, что потребуется.
Терра обнимает себя рукой за живот.
– После изгнания я думала о…
Я резко обрываю ее:
– Если Арти не согласится, то просто делай свою работу, держись тихо, будь невидимкой. Как только появится возможность – беги и не оглядывайся.
Слезы рисуют дорожки на ее припыленных щеках – последствия долгой дороги через пустыню. У меня щемит сердце.
– Мне страшно, Арра.
Я обнимаю ее за плечи, вспоминая, как она суетилась по утрам в моей комнате. Как она падала на мою кровать, чтобы поделиться последними сплетнями или новостями о своей семье. Она не заслуживает того, чтобы застрять в этом ужасном месте.
– Мне тоже, – признаюсь я, когда Тай забегает на кухню. Мы с Террой вздрагиваем, и Тай вопросительно поднимает брови.
Ответ очевиден:
– Я собираюсь отдохнуть.
Сказав это, я бросаю на Терру взгляд. Надеюсь, она поймет его.
– Тебе тоже надо немного отдохнуть. У нас будет еще время на то, чтобы разобрать вещи.
Или его вообще не будет – время не имеет значения в этом месте.
К сожалению, моя новая комната расположена на втором этаже рядом с комнатой родителей. У меня дрожат ноги, пока я поднимаюсь по ступенькам. Ступни изнывают от боли после долгой ходьбы. Как только я вхожу в комнату, на столе вспыхивают банки с маслом. Я чувствую на себе жадный взгляд демона – совсем как в тот момент, когда Шезму овладел моим отцом. Только в этот раз взгляд ощущается гораздо сильнее. Трудно дышать, зная, что демоны тоже здесь, но их нельзя увидеть. По всему телу проносится волна паники. Игнорировать это невозможно, как бы я ни старалась.
В Тамар в моей комнате над кроватью висела плотная ткань – одна из многих вещей Мулани, – но здесь ее нет. Как нет заколдованных танцоров, прыгающих и извивающихся под беззвучные песни. Как нет гостиной с низким столиком и яркими подушками, на которых было так удобно сидеть. Никакого двора с травами для магазина моего отца. Никаких тайных встреч с Руджеком у Змеиной реки. Никаких визитов к Эсснай в магазин одежды ее матери или к Сукару, который постоянно меня дразнил. Никаких больше остроумных шуточек между Майком и Кирой. Теперь есть лишь пустая холодная вилла с жесткими высокими стульями, грубыми каменными колоннами и сводчатыми потолками. Ничуть не похоже на дом. Я умываюсь и ложусь в постель, держа в руках шкатулку со свитками и костями. Мне не хочется открывать ее здесь, но я в отчаянии и не думаю, что на вилле найдется более уединенное место. Мои руки дрожат, когда я достаю два свитка и раскладываю кости на кровати. Ритуалы написаны на Аатири, и мне требуется мгновение, чтобы снова войти в ритм языка. В первом свитке содержатся инструкции по разрыву чар подчинения и разрушению проклятий. Второй рассказывает о том, как призвать духи предков.
