Спрятав драгоценную карточку во внутренний карман, Таня быстро проверила и все остальные. Но больше ничего подобного на карточках не было. Эта была единственной, дающей хоть какой-то ключ.
Больше в квартире делать было нечего. Таня аккуратно сложила в бумажный пакет сокровища Геки, чтобы забрать их с собой, – плюшевую собачку, деревянную лошадку, перочинный нож и морской компас. И ушла навсегда, закрыв дверь в свое прошлое ключом.
Таня и Корень стояли на дороге, ведущей к Фонтанским дачам. Штормило. Шел дождь. Море ревело, как разъяренный зверь. В темноте непогода казалась особенно страшной. Но Таня не ощущала страха, не видела темноты. Постепенные переходы от отчаяния к надежде и наоборот, – от надежды к отчаянию надломили ее душу, превратив в застывший камень. И в темноте, под дождем, Таня стояла с непроницаемым, спокойным лицом.
В этот раз их охраняли люди Корня. Несколько человек спрятались в кустах по обеим сторонам от дороги. Так придумал Корень, напуганный странным местом этой встречи. После истории с Салом он почти все время испытывал страх.
Днем Корень получил весточку от Японца и сразу же послал человека за Таней. Японец предлагал встретиться в десять вечера на дороге, ведущей к Фонтанским дачам. Время было слишком позднее – в этот час дорога становилась безлюдной, а во всей местности вокруг не было ни единой живой души. Перепугавшись, Корень рассказал Тане про свою охрану, и Таня не стала его отговаривать. На самом деле ей было все равно.
– Что ты знаешь о клубе Анубис? – спросила она его.
– Никогда за такой не слышал, – удивился Корень, – а где это?
– Я бы и сама хотела узнать, где это, – усмехнулась Таня, – я думала, ты знаешь.
– Это что, ресторан какой-то? Название странное. Я за такой не слышал.
– А можешь поспрашивать, вдруг среди людей знает кто?
– Поспрашивать, конечно, можно. Но это очень похоже на заведения для богатых. Типа всяких борделей, где продают разные извращения. В общем, место не для моих людей. А зачем тебе этот клуб?
– Так, просто, – Таня пожала плечами.
Послышался шум, заглушивший шум моря. Показались яркие огни. Впереди появился автомобиль Японца. Таня никогда не видела так близко автомобиля, и смотрела во все глаза.
Дверца распахнулась, и жестом Японец велел им сесть на заднее сиденье. Таня и Корень залезли в машину.
– У меня для вас плохие новости, – лицо Японца было непроницаемо, – денег они не берут.
– Что это… значит? – Голос Тани дрогнул.
– Они не хотят выпускать его за деньги. Мы всем давали, и давали много. Столько денег они не видели за всю свою жизнь! Предлагали и Бочарову, и следователю, который ведет это дело, – его фамилия Полипин. Я лично встречался с этим следователем. Денег он не взял, но сообщил очень интересные вещи. Один серьезный человек хипишит, чтобы дело Людоеда закрыли как можно быстрее, чтобы под видом Людоеда повесили кого угодно, и бикицер. И такого страха нагнал на них, что денег они категорически не берут.
– Кто этот человек? – спросил Корень.
– Губернатор Сосновский, – Японец усмехнулся. – Я не знаю за его интерес. Пока не понял. Но это дело он хочет закрыть. Он даже своего племянника в полицию поставил как помощника следователя. С тем, чтобы племянник закрыл дело.
– Что ему с этого? – Таня нахмурилась. – Людоед ведь не политический.
– У него свой интерес. Но я за него не знаю. Его сложно узнать. Пока.
– И что же теперь? – Голос Тани снова предательски дрогнул – она не хотела срываться, но так вышло.
– Мне очень жаль, – Японец отвел взгляд, – пока я не знаю, что делать. Буду думать. Пока всё плохо. Денег они не берут, а устроить побег я ему не смогу. Его так содержат, что я потеряю слишком много людей. Дурной шухер…
– Значит, Геку повесят? – Голос Корня тоже задрожал.
– Я буду думать, что еще можно сделать. Но пока – так.
– Может, я встречусь с этим Полипиным, – Таня старалась взять себя в руки, – может, я смогу его уговорить?
– Если ты с ним встретишься, он сразу тебя посадит. Не дурак. Он давно за тобой охотится. Данные на тебя есть в полиции. Так что это даже не риск, это башку свернуть.
– Может, есть еще какие-то способы? – Корень был настроен решительно, – может, я с моими людьми нападу на тюрьму?
– И твоих людей враз положат! Всех людей положишь, а Геку не спасешь. Оно тебе надо?
– Другие же как-то бегут из тюрьмы, – Таня уже все поняла, но пыталась.
– Не в этом случае, – Японец покачал головой, – его охраняют серьезно. С такой охраной устраивать побег, так сразу говорю вам, что ничего не получится. Да и далеко он не убежит. Куда убежит, если каждая полицейская собака знает за то, что он Людоед?
Наступило молчание. Каждый думал о своем.
– Я вот что соображаю, – прервал молчание Японец, – надо пока подождать. Черт-те что творится в городе, грандиозный шухер, может, власть поменяется и тюрьмы откроет. Пока вот как-то так.
– А пока мы будем ждать, Геку повесят, – сказала Таня.
