Камни размером с человеческую голову разлетались и падали, оставляя после себя кровавую бойню. Расплющивало людей, машины и тягловых животных, и они под вопли наранийцев падали на землю. Идеально упорядоченные ряды механизмов погрузились в хаос. Люди бежали или ползли прочь от объектов разрушения, а ровные кучки боеприпасов разлетались словно листья. За радостными воплями на стене Рока перестал слышать врага.
– Получите, ублюдки! – проревел Хеми и закашлялся, отхаркивая мокроту, поднимая в воздух дряблую руку, и его сын поддерживал его энтузиазм.
Рока отвернулся. Он шёл среди мёртвых в Роще, кладя руки на плечи тем, благодаря кому это оказалось возможным. Они выглядели так же, как Рока себя чувствовал. Ни радости, ни гордости – лишь суровые глаза людей, забивающих драгоценный скот, чтобы прокормить свои семьи.
– Перезарядить, продолжать обстрел, – проходя, сказал он Хеми. – Не тратьте боеприпасы понапрасну.
Он сошёл с вала и направился к окопу, чувствуя на себе взгляды старого друга, строителей и своих людей. Они ожидали увидеть на его лице удовлетворение или, возможно, смакование победы. Но у Роки не было желания убивать. Он много раз перепроверял орудия у себя в голове и знал, что они сработают как надо. К тому же у него было много дел.
Невероятно, но имперцы вновь попытались собрать свои машины практически на том же самом месте. Предаваясь чему-то вроде недоверчивого восторга, Хеми снова разнёс их в щепки.
– Они совсем неадекватные, – рассмеялся он, глядя на разрушения, вновь приглашая Року подойти и посмотреть самому.
Рока посмотрел, но ничего не сказал. Он наблюдал за тем, как убирают останки орудий и людей с поля, как поднимают и уносят припасы, чистят и заменяют их, пока от разрушений не остаётся и следа. Через полдня всё выглядело так, будто ничего и не произошло – просто огромного зверя ужалила надоедливая оса.
Оценив размеры земляных насыпей по ту сторону, он подсчитал, что тоннельщики уже на полпути к стене. Тысячи рабочих залезали под землю и вылезали из-под неё, чтобы уничтожить то единственное, что отделяло город от армии разъярённых солдат.
Он отправился навестить собственные отряды и обнаружил, что они нервничают, понимая, что скоро им предстоит встретиться с врагом. И случится это под землёй, где им придётся сразиться с вражескими сапёрами при помощи ножей и коротких колющих инструментов, страдая и умирая во тьме кровавой резни.
В городе по-прежнему царило спокойствие, но паника была не за горами. Немногие видели вражескую армию своими глазами, но никто не мог отрицать нависшую над ними угрозу. За пределами гавани начали сновать пираты, кружащие на кораблях без флагов вокруг города, как злые волки вокруг беременной лани. Конечно, это были не настоящие пираты, а флоты дюжины островных владык. Когда не стало Фарахи, его народ, как он и опасался, потерпел поражение, разделённый, как всегда, страхом, жадностью и отчаянием и не имеющий ничего, кроме старых, созданных мертвецами, законов, которые его объединяют. Без Короля-Чародея островные владыки один за другим продались за императорское золото, за иллюзию мира, которого не знали два поколения этих изнеженных болванов.
Со стены донёсся грохот – машины Роки снова выстрелили, заставив дюжину тонгских строителей вздрогнуть от этого рёва.
– Война пришла, собратья! – закричал он, стоя у стола с картами и планами. – Даже сейчас враг копает траншеи, чтобы уничтожить всё, что вы любите. Вы готовы меня слушать?
Он увидел, что готовы.
– У меня появилась идея. – Он поморщился, не желая лгать ремесленникам так же, как он солгал королю. – Я сказал вашему господину, что это будет канализация, и, возможно, однажды так и случится. На самом же деле мне нужно подвести воду к стене. Нам нужно переместить море вверх по склону.
Несколько человек фыркнули, а один строитель прокашлялся.
– На континенте, шаман, вода стекает вниз по склону.
– Расскажите мне обо всех ваших способах добычи воды из-под земли.
Люди снова фыркнули, но на этот раз отнеслись к его просьбе серьёзно. Они рассказали ему про несколько типов колодцев, от журавлей и колодцев с воротом до ступенчатых и колёсных. Рока терпеливо их выслушал, а потом показал собственный чертёж, вызвав череду недоумённых взглядов.
– В земле пепла, – начал он объяснять, – зерно из хранилищ доставать сложно. Поэтому я соорудил винт. Когда он вращается, зерно зачерпывается и перемещается по трубе, похожей на ту, что строим мы сейчас. – Он махнул на огромную траншею, которую рабочие устилали тонким слоем меди.
Калма, сын Хеми, нахмурился.
– С водой дела обстоят сложнее, шаман. Такая труба должна быть огромной и идеально запаянной. Как мы её вообще передвинем?
Рока кивнул, довольный задачкой и правильным вопросом. Он пожал плечами.
– Я открыт для предложений.
– Как идёт война сегодня, туннельный король?
Оско стоял на коленях у неровного входа в систему окопов, протянув руку. Копатель – низкородный бригадир сапёров с перепачканным грязью лицом, у которого не было иного имени, кроме его профессии – принял руку, подтягиваясь наверх.
