– Мы всё ещё не можем его сдвинуть, шаман. Этот винт… слишком велик. А вода слишком тяжёлая.
Копатели закончили рыть от моря до стены траншею, достаточно большую для широкой трубы, но всё ещё трудились над резервуарами. В итоге они сделали три винта и по насосу поменьше для каждого резервуара, который удерживал воду на разных уровнях склона. Они станут нагнетать воду из моря в трубу, в одной части которой будет скрыт винт; во вторую её часть вода будет подаваться при помощи давления, а затем из первого резервуара она будет течь во второй и в третий.
– У нас нет времени на новые резервуары, – поморщился Рока. – И удерживать сапёров мы больше не можем. А значит, оно обязано сработать.
Калма поморщился, задумчиво сузив глаза. Первый винт с лопастями высотой в человеческий рост был погружен в воду, а по обеим его сторонам находилось по десять строителей, крутящие ручку, приводя винт в движение. Наступал прилив, и люди стояли на мелководье. Больше людей на берегу не помещалось, но для того, чтобы перемещать воду вверх по холму, требовалась огромная сила. Рока подумывал о том, чтобы использовать лошадей, но сперва ему бы пришлось заново наладить лебёдку для правильного хода.
– Мы могли бы задействовать корабли, будь у нас больше рычагов.
Рока и Калма одновременно повернулись и увидели морского пехотинца с островов. На побережье Тонга было пришвартовано несколько кораблей Фарахи с сотнями моряков на борту, которым было нечем заняться в ожидании своего адмирала и новых распоряжений.
– Как тебя зовут? – Рока осмотрел юношу, но не узнал его.
– Хаку, господин, – ответил он без каких-либо эмоций на лице. – Я командую королевским флотом Кецры. – Он замолчал, а затем добавил: – И я сражался против вас на королевском пляже.
Рока кивнул, а затем ещё раз внимательно на него взглянул и увидел глубину в глазах моряка. Островитянин выглядел слишком юным для такой должности, но шла война, а компетентность могла проявиться в любом возрасте.
– Корабли могут помочь. Готовь своих матросов.
Рока яростно трудился в Роще, создав ещё два рычага и приплавив их к винту при помощи жара из кузницы мёртвых. Островитяне выстроили свои корабли как при абордаже вражеского судна: двадцать человек становились пятьюдесятью по мере того, как они увеличивали расстояние, которое могли удерживать.
Рока стоял вместе с мужчинами и сжимал в руках железо, сопротивляясь неистовому желанию помолиться. Он смотрел на сородичей своей матери, по пояс обнажённых и обожжённых, стоящих вместе с миролюбивыми людьми континента и островными моряками, объединённых общей целью. Прилив доходил им до талии, небо трещало и гремело, предвещая шторм, и Роке захотелось, чтобы он мог всю свою жизнь провести именно так.
Были ли боги, любили ли те его или ненавидели, Рока не знал. Но глядя на то, как эти люди сражались с волнами и песком, он желал, чтобы они выжили, процветали и развивались. Он был готов за это погибнуть.
– Готовы, господа? – обратился он к тонгам, и те, воодушевлённо закричав, склонились, выполняя свою работу. – Ка, островитяне? – перекрикивая прилив, окликнул он их.
– Ка, господин! – прозвучал ответ.
– Покажите им, что значит сила, собратья. – Рока схватился за металл и потянул, и люди пепла, зарычав, сделали то же самое.
С кораблей раздался барабанный бой, и морпехи потянули синхронно с остальными; звук задал людям на пляже ритм, и они задвигались ему в такт. Скрипел и поворачивался металл, а море бурлило, когда винт проталкивал воду и воздух по спирали вверх.
– Не останавливаться! – орал Рока. – У нас получается!
Спираль закрутилась, и вскоре инерция позволила раскрутить лопасти. Барабан бил всё быстрее, винт всё ускорялся, а бригадир мчался вверх по холму к резервуару, подняв руки. Рока и люди трёх народов, кряхтя, кружили по пляжу в чётком темпе, борясь с волнами, дождём и липким песком.
Они услышали радостные возгласы. Закричали тонгские строители высоко в городе, когда из первой трубы брызнула вода. Дальше она будет перемещаться между резервуарами быстрее, нужно только постоянно их наполнять, причём как можно дольше.
– Отличная работа, Квал! – закричал Рока в сторону кораблей. После долгой паузы он услышал ответ юноши.
– Меня зовут Хаку, господин, но спасибо.
Рока моргнул и почувствовал, как имена и лица расплываются в его разуме, как стираются идеальные контуры его памяти. Это не имело значения. Больше не имело.
– Калма, – сказал он. – Иди к стене. Выводите тоннельщиков.
Утро Оско тоже началось с алкоголя. Взяв Мартела и ещё несколько человек, он обратил взгляд своих мутных глаз на сапёров. Всё превратилось в грязь. Ночной дождь не заканчивался, а из-за перекрытого главного туннеля количество боёв значительно сократилось. Таскать землю было проще, чем трупы.
– Где Копатель? – Оско окинул взглядом перепачканные лица и на удивление даже смог кого-то из них узнать.
– Внизу, господин, – поклонился один из юных инженеров.
