– Мои поздравления, адмирал. Матриарх вас одобрила. Вы можете идти и завтра забрать людей пепла на корабли.
Махэна пробрал холодок от слов о том, что «его одобрили». Матриарх заговорила снова, и почти у каждого варвара в зале округлились глаза, устремившись на неё. Эгиль снова к ней обратился и долго что-то говорил, пока она как будто не прервала его, указав на Махэна.
– Матриарх Дала, – сказал Эгиль с явной тревогой, – говорит, что пришла пора ей отправиться в новый мир. Она говорит, что вам можно не беспокоиться о Роа, поскольку её будет защищать Бог, покуда её задача не будет исполнена.
Махэн беспомощно кивнул, обеспокоенный перспективой пребывания важной женщины на корабле, полном моряков.
– Мы будем более чем рады принять её на нашем судне, но воды между нашими землями опасны. Я бы не советовал этого делать.
Эгиль не перевёл. Дала заговорила, и он кивнул, но и этого он не перевёл. Махэн откашлялся.
– Что ж. Если на этом всё, я присоединюсь к вождю снаружи. У нас много работы.
Жрица вроде согласно кивнула, и Махэн отодвинул стул. Стук серебряной трости Эгиля и молчание Эки сопровождали его, пока он шёл прочь. Он закрыл двери в зал, и, оказавшись снаружи, они обменялись понятными Махэну взглядами. Это времяпрепровождение было ему знакомо по тем временам, когда он стоял у дворца Фарахи с другими государственными мужами, ожидавшими своей участи. Он знал, что делать дальше.
– Курите? – Он достал из кармана три тонкие сигары и зажёг от горящей рядом масляной свечи. Оба мужчины вежливо улыбнулись и приняли предложение. Они курили в тишине, и Махэн уже почувствовал, что его нервы успокаиваются, когда Эка нарушил молчание.
– Вам не стоит волноваться о внимании со стороны матриарха, адмирал. Ей не понравилась ни ваша бестактность, ни ваши религиозные воззрения. Она отправится на корабле вождя.
Эгиль согласно кивнул и выпустил колечко дыма, докуривая сигару. Он довольно дружелюбно похлопал Махэна по плечу.
– Тебе следовало бы понежиться со жрицей, островитянин. Мне это помогает.
«Посол» зашагал прочь, Эка к нему присоединился, а через пару мгновений Махэн последовал за ними. Обдумывая сказанное, он нахмурился.
– Помогает в чём?
На три дня Махэн окунулся в варварский хаос. Он обнаружил, что тут нет центрального органа, который бы снабдил его корабли продовольствием или хотя бы спустил на воду суда варваров. У них не хватало людей в команду, а ещё они, казалось, не знали, сколько припасов потребуется и кто их предоставит.
При помощи Эгиля, жрицы Амиры и Эки Махэну пришлось разговаривать и торговаться с разными «вождями» и купцами за каждую мелочь. Многие из этих купцов оказались женщинами, и Махэну нельзя было их оскорблять или даже особенно долго на них смотреть. Переговоры и перевод принесли в его жизнь нескончаемую путаницу, рутину и раздражение. Все расходы должны были быть задокументированы и отправлены матриарху, поскольку, судя по всему, именно она вместе с другими могущественными женщинами всё оплачивала.
Вечером четвёртого дня Махэн в раздражении оставил затею купить запасные канаты, решив, что их и так уже достаточно.
– Вашему народу нужен долбаный король и хоть какие-нибудь правила, – прорычал он Эгилю, когда они поднимались на палубу его флагмана. Этот человек почти всегда был в хорошем настроении, и Махэн ожидал какой-нибудь шутки или остроты, но вместо этого скальд казался тихим и задумчивым.
К утру пятого дня они загрузили и подготовили сотню кораблей, а также сформировали и распределили команды. Лошадей грузили в последнюю очередь. Махэн никогда не видел их вблизи, за исключением одного дня на северном пляже Шри-Кона, и мало что о них знал кроме того, что они огромны. Размещать их на корабле казалось ужасной идеей, и лошади были с этим согласны.
Наблюдая за тем, как мужчины с трудом пытаются загнать двух скакунов на трап, он покачал головой.
– Чем эти засранцы вообще питаются?
– В основном травой, – ухмыльнулся стоящий рядом Эгиль. – Но мы загрузили снопы сена.
– Они будут гадить повсюду и, вероятно, из-за них мы сляжем с какой-нибудь болезнью, – посетовал Махэн. – Если, а точнее
Эгиль пожал плечами, словно соглашаясь.
– Шаман просил их привезти.
Махэн смирился с неизбежным и отправился на мостик. Он окинул взглядом объединённый флот варваров и своего народа, всё ещё не до конца понимая свою роль во всём этом мероприятии. Он ожидал, что стоящий рядом Эка напомнит ему о неподчинении королю, но убийца его удивил.
– Я поплыву с матриархом, адмирал, – сообщил он как всегда нейтральным тоном. Внушающий страх монах, ставший убийцей, по обыкновению пугал своей невозмутимостью. – Желаю вам удачи, – улыбнулся он. – И да будут добрые духи к вам благосклонны.
Ещё неделю назад Махэн бы предпочёл, чтобы опасный начальник разведки держался как можно дальше от его корабля. Теперь он обнаружил, что желает, чтобы тот находился рядом.
– С какой стати тебе это делать? Я этим варварам не доверил бы и ялик.
Эка улыбнулся и поклонился.
