Каждое слово прибивало меня к земле, словно тяжелый камень. Я, конечно, сделала уже много плохого в своей жизни, но на такое пойти никак не могла. Они хотели, чтобы я разрезала на части труп моей лучшей подруги!
– Ни за что! – исступленно закричала я. – Вы не заставите меня сделать это!
«Капитан» злорадно ухмыльнулся.
Кейт продолжила хладнокровно:
– У тебя нет выбора. Если ее тело найдут с обеими руками, то его сразу опознают, и полиция придет к нам. Так что отрезать ей руку – это единственный выход. И никто, кроме тебя, не может этого сделать.
– Я не буду! Делайте со мной что хотите!
– Не с тобой. С твоей матерью…
На мои глаза мгновенно навернулись слезы. Мама… Я представила себе на миг ее бездыханное тело. Такое же ужасное, как тело Мим.
– Но… Вы ведь даже не знаете, где она и что с ней! – неуверенно пробормотала я.
«Капитан» злорадно ухмыльнулся, выдохнув облако дыма:
– Еще как знаю! Я слежу за этой паршивой бабой и заставлю ее выплатить долг. Ее когда-то считали красавицей? Ха! Сейчас она страшнее пугала! Она уже продала свои волосы. Теперь придется продать зубы.
Они схватили меня за руки. Одна справа, другая слева. Встряхнули и поставили на ноги.
Что я могла поделать?
Идеи, одна страшнее другой, роились в моей голове. А если выхватить один из ножей и напасть на них? Смогу ли я убить их обеих? Но ведь даже это не воскресит Мим! Да и маме моей от этого станет, скорее всего, только хуже. И самое главное: тогда я не смогу отомстить им, заставить их мучиться и долго страдать!
Вам это может показаться очень странным, мисс, но когда я вспоминаю сам процесс отрезания руки Мим… я вспоминаю в основном красоту. Эта тонкая сеточка вен. Внутренняя сторона ладони Мим, которая всегда казалась мне такой неожиданно розовой на фоне темной кожи остальных частей ее тела… Правда, сейчас ладонь была уже серой с белыми прожилками, словно мраморная. Мим была красивее и Розалинды, и Кейт. Даже в смерти она затмила их.
Как только я окончательно отделила руку Мим от ее тела, «капитан» тут же бросил ее в огонь. Пляшущие языки пламени охватили ее пальчики, и они исчезли в клубах едкого дыма.
Я снова упала на пол, и меня стошнило прямо на край платья Кейт.
Месть – это блюдо, которое подают холодным. Так ведь говорят, да? Я старалась собраться и остыть, лежа на полу этой жуткой комнаты. Собрать всю волю в кулак и дать ненависти затаиться как можно глубже в моем сердце.
Я сама умею причинять боль, у меня есть для этого свой, особый способ. Разве не поэтому сейчас я здесь, рядом с этими монстрами? Но, возможно, теперь это спасет меня, даст шанс освободиться.
И ведь никто не заподозрит меня. А если я сейчас возьму один из ножей и покромсаю их обеих, то меня точно поймают и повесят. И это убьет мою маму. Но если я сейчас затаюсь, то сумею отомстить им, не оставив никаких улик.
Лицо Кейт постепенно приобретало зеленый оттенок, как наряды Розалинды.
– Мы не сможем сжечь ее тело полностью. Будет много дыма и этот жуткий запах… Сбегутся все соседи. Надо как-то избавиться от ее тела.
– Проклятье, ты права! – пробормотал «капитан», неотрывно глядя в камин и кочергой толкнул руку Мим поглубже в горящие угли. Что-то затрещало и зашипело.
– До реки мы ее не дотащим. И если ее тело всплывет… Станет сразу понятно, что ее бросили в воду уже после смерти.
Об этом Кейт следовало подумать заранее, до убийства, подумала я.
– Может, нам просто похоронить ее, закопать в землю? Но у нас на заднем дворе нет столько места. Если только… – Кейт на миг замерла и уставилась прямо на меня. – Точно! Угольная яма! Капитан, она достаточно глубокая? Мы можем бросить ее тело туда и засыпать негашеной известью. А когда останутся одни кости, зароем их. Почувствуют ли соседи запах из угольной ямы?
Для них Мим была всего лишь запахом, который надо как-то скрыть. Она не была достойна, по их мнению, даже скромной могилки на кладбище при церкви или же маленькой мраморной урны. Ее удел гнить в угольной яме – обители червей, жуков и пауков. Это даже хуже, чем безымянная могила моего отца, которую лучи солнца освещают хоть иногда.
– Это наш единственно возможный оборонительный рубеж, – прогремел «капитан», со звоном отбросив кочергу. – Я буду на передовой, ты возьмешь на себя тыл.
Поднявшись и расправив складки своего красного мундира, «капитан» схватил тело Мим за левую руку и культю правой. Я обмотала ее первым, что попалось под руку, – куском муслина, но кровь все равно просачивалась и так и норовила оставить следы на мундире «капитана» как главную улику против этой бездушной твари.
– Ты можешь не тащить тело вместе с нами, – сказала Кейт, судорожно сглотнув, и взялась за распухшие ноги Мим.
Ах, какое неслыханное благородство! Словно они не понимают, что теперь каждый раз, находясь на кухне, я буду осознавать, что тело моей единственной подруги разлагается прямо у меня под ногами.
– А что, твой парень не поможет тебе стащить тело в угольную яму? – съязвила я.
К моему удивлению, Кейт вздрогнула:
– Ни слова Билли обо всем этом, поняла? Скоро свадьба – не сметь!
Я презрительно фыркнула.
