Кортик: За честь и верность полностью

Я сидел у окна, лениво наблюдая, как проплывают мимо старинные дома с лепниной, уличные кафе, где люди пили кофе, не спеша куда-то бежать. Когда до конечной остановки оставалась всего одна, рядом со мной внезапно присела девушка.

Маленькая, подвижная, она, казалось, не могла усидеть на месте и секунды. По возрасту — моя ровесница, но в ней чувствовалась та самая энергия, про которую говорят «шило в одном месте». Темные волосы, собранные в небрежный хвостик, карие глаза, которые так и искрились любопытством, курносый нос и едва заметные веснушки — все в ней дышало жизнью.

Мое настроение стало совсем мечтательным. В голове всплыли слова Семена про «цветник» — теперь я понимал, что он имел в виду.

Мы вышли одновременно и пошли в одну сторону. Только я шел не спеша, наслаждаясь моментом, а она, ускорив шаг, почти сразу скрылась за поворотом, словно спешила успеть куда-то, где ее уже ждали.

Кабинет ректора Медицинского университета, как и в Академии магии, оказался на третьем этаже. Но здесь не было ни позолоченных табличек, ни мраморных лестниц — все выглядело строго, по-деловому.

Не встретив никакого сопротивления (видимо, мое имя уже было где-то отмечено), я добрался до нужной двери. Секретарь, пожилая женщина в очках, бегло взглянула на меня, набрала номер на внутреннем телефоне и кивнула:

— Проходите.

Дверь открылась, и оттуда выпорхнула… та самая девушка из трамвая.

— До свидания, дедушка! — весело бросила она через плечо.

— До свидания, Оленька, — раздался из кабинета мягкий, но твердый голос.

Я замер. Дедушка?

Ректором оказалась пожилая женщина — Василиса Георгиевна Шуппе, если верить табличке на двери. Высокая, с седыми волосами, собранными в строгую прическу, и проницательным взглядом.

Хм, опять внучка. И опять Ольга. Что-то мне везет на них, — усмехнулся я про себя. Зато путаться в именах не буду. Мысленно я уже представлял, как расскажу об этом Семену — он бы точно оценил.

— Проходите, молодой человек, — позвала меня ректор.

Я вошел, стараясь не выглядеть слишком напряженным. Кабинет был просторным, но без излишеств — книги, дипломы на стенах, запах старых фолиантов и лекарственных трав.

— Что привело вас ко мне? — спросила Василиса Георгиевна, усаживаясь за массивный дубовый стол.

Я представился по всем правилам (на этот раз без опущенного дворянства) и ответил:

— Вот раз представилась такая возможность, хочу попробовать расширить свои знания.

— Похвально, — кивнула она. — А на какой кафедре вы хотели бы заниматься? Хоть специалитет у нас со второго курса, но уже на первом есть разные программы.

Я задумался. В Академии магии все было проще — там хотя бы знал, что меня ждет. А здесь…

— Простите, я еще не выбрал, не задумывался, — честно признался я.

И тут в голову пришла шальная мысль.

— Скажите… это сейчас выходила ваша внучка?

— Да, это моя Оленька, — ответила ректор, и в ее глазах мелькнуло что-то теплое.

— А с ней можно учиться? И… на какой кафедре она? — спросил я, стараясь звучать просто из вежливого любопытства, а не как человек, который только что решил, что его будущее теперь зависит от кафедры кареглазой девушки с курносым носом.

Василиса Георгиевна усмехнулась — так, будто прекрасно видела мои мысли насквозь.

— Что ж, смело. Можно. Но пусть это будет для вас сюрпризом. Приходите третьего сентября на занятия. Группы будут сформированы, в расписании ищите аудиторию Г-11 в 8 утра. Там вы познакомитесь и со специальностью, и с Оленькой.

Я кивнул, пряча улыбку.

Что ж… теперь у меня есть еще одна причина не проспать третье сентября.

***

Две задачи из трех на сегодня были успешно завершены. Оставалась последняя — артиллерийская академия. Но в отличие от медицинского и магического вузов, здесь я не мог действовать наобум. Слишком уж специфичное направление.

Присев на скамейку у входа в парк, я достал телефон и начал рыться на сайте академии, изучая кафедры. Гражданских направлений было не так много, но одно сразу зацепило — инженеры разведки и радиолокации.

"Физика, математика, возможно, элементы магии в приборах... Да и в гражданке такие знания пригодятся", — размышлял я, листая описание. Школьные годы всплывали в памяти: хоть меня и выгнали, но точные науки давались легко. Даже в аттестате красовались твердые четверки по физике и математике — для школы с углубленным изучением магии это было более чем достойно.

Первое же разочарование ждало у ворот академии. Пожилой солдат с орденскими планками на груди, взглянув на мою грамоту, коротко бросил:
— Не положено. Можете уходить.

— Постойте, — попытался я возразить, — спросите у начальства. Их должны были предупредить.

Я был уверен — как и в медвузе, здесь обо мне знали. Но старослужащий лишь каменел лицом:

— Без предписания не пущу.