Кошки-мышки полностью

– В городе был такой интересный день, все копали и расчищали снег, не только бедняки, которым за это платят, но и мэр, и члены городского совета, и торговцы, и банкиры. Бедняки были недовольны, поскольку их лишили части заработка, но снега столько, что работы им хватит на много дней вперед. Завтра они двинутся в вашу сторону.

– Это хорошо.

– Кажется, ты не очень-то рад. Что случилось? Разве ты не хочешь, чтобы вас откопали? – Чарли промолчал, и после короткой паузы Эллен добавила с неубедительной веселостью в голосе: – Наверное, когда люди недавно женаты, они вовсе не сожалеют о том, что отрезаны от мира. Как Беделия это воспринимает?

– Она в постели с простудой.

– Ах, какая жалость! Передай ей мои наилучшие пожелания, – скучным голосом добросовестно выговорила Эллен. Потом, снова оживившись, она воскликнула: – Чарли, у меня для тебя удивительнейшие новости! Письмо от Эбби. Как думаешь, о чем?

– Турнюры снова вошли в моду.

– Ну, Чарли, тебе бы только насмехаться! Это важно. Речь о близком тебе человеке.

На мгновение у него словно остановилось сердце.

– О вашем соседе, мистере Чейни.

– О!

– Известия довольно шокирующие. Хочешь, прочту, что она написала? – Зашуршала бумага. – Прежде чем я это прочту, позволь сказать тебе одну вещь, Чарли. Я никогда ему не доверяла. Можешь спросить Эбби. Я с самого начала подозревала, что он не тот, за кого себя выдает.

– Давай, читай.

– Я не стану читать все письмо, ты же знаешь, как много Эбби пишет, прочту только то, что по теме. Цитирую: «Судьба сыграла с нами самую забавную шутку, и твой драгоценный Чарли, – по проводу пролетел смешок, – ее жертва. Вчера вечером я была на новогоднем приеме у Хаттонов, наших хороших друзей еще со времен, когда я была замужем за Уолтером. Я подошла к группе знакомых. Они слушали престарелого джентльмена, который рассказывал очень увлекательные истории о преступлениях и взяточничестве в Канзас-Сити и тому подобное. Я решила, что он редактор или журналист, как Норман Хэпгуд или Линкольн Стеффенс. Поверь, он был весьма почетным гостем. Я не расслышала его имени, а позже, когда подошла к чаше с пуншем, попросила хозяйку назвать его. Представь себе мое удивление, когда она рассказала мне, что старый мистер Чейни – частный детектив!!»

– Да ну?

– Эбби подчеркнула эти слова и поставила два восклицательных знака.

– Что еще она пишет?

– «Хозяйка объяснила, что он не полисмен, а частный следователь с очень интересной историей. Он поселился в Мамаронеке по соседству с их летним домиком, и она была шокирована, узнав, что он детектив, но он оказался вполне достойным и респектабельным джентльменом, а его дочь, Беатрис Чейни, училась в колледже «Маунт-Холлиок». Затем мне удалось пообщаться и с самим пожилым господином. Когда я сказала, что знакома с молодым человеком с такой фамилией, он только спросил, видела ли я картины его сына. Очевидно, искусство Бенджи нравится его отцу не больше, чем тебе, дорогуша. Я сказала, что нахожу работы его сына интересными, но в них есть что-то от фовизма, а он сказал, что молодые дамы по большей части относятся к самому Бену так же, как я. Очевидно, эти Чейни вполне приличные, хорошо воспитанные люди, и если отец может подарить сыну авто и позволить спокойно писать картины, у них наверняка есть деньги. Поэтому тебе нет причины быть такой…» – Эллен прекратила читать.

Выдержав паузу, нарушаемую лишь треском в проводах, Чарли сказал:

– Продолжай. Что еще она пишет?

– Ничего. Всякие глупости в своем духе.

– Обвинила тебя в снобизме или ханжестве?

Эллен застенчиво рассмеялась.

Последовала еще одна пауза. Затем Эллен сухо сказала:

– Она считает, что любой холостяк должен интересовать старую деву.

Чарли хмыкнул.

– Что ты, дорогая моя, ты еще совсем юная особа. А Бен привлекательный парень. Может, Эбби не так уж и не права.

– Он меня не интересует.

Эти слова доставили Чарли удовольствие. Он дорожил привязанностью Эллен и не хотел ее лишиться, что было, несомненно, весьма эгоистично с его стороны, ведь он женат на другой. Но Чарли был всего лишь обычным человеком, да и привлекательность Бена признавал с большой неохотой.

– По-моему, это не твой тип, Нелли. Он недостаточно хорош для тебя.

– О, Чарли! – Эллен рассмеялась, и теперь ее смех прозвучал более легко и непринужденно.

Веселая болтовня подняла Чарли настроение. Повесив трубку, он стал подниматься по лестнице обратно в спальню, и ему показалось, что жизнь вернулась в нормальную колею. Он увидел себя глазами Эллен: да, женился он импульсивно, но сделал разумный выбор.

– Эллен так долго болтала, – сказала Беделия, когда он вошел в комнату.

Чарли застыл на месте. Неужели дверь все это время была открыта? Какую часть разговора о детективах могла услышать жена?

– Она никогда в него не влюбится, – продолжала Беделия.

К Чарли вновь вернулась способность двигаться и говорить. Он вгляделся в лицо Беделии, но не увидел в нем ничего, кроме обычного женского любопытства. Он вспомнил, что о детективах упоминала только Эллен, сам же он ни словом не обмолвился о работе Бена.