Кошки-мышки полностью

«Сделайте десять копий и пустите по офису, – распорядился мистер Барклай. – Пусть каждый поставит свою подпись. Потом верните все копии мне». «Хорошо, мистер Барклай», – ответила его покорная слуга.

Когда я печатала очередной экземпляр записки, в кабинет влетела Элеанор. Она приветствовала меня так, словно вчерашний разговор не закончился на тяжелой ноте. «С ним все в порядке, Грейс! – воскликнула она, как будто я задавала ей вопрос о чьем-то здоровье. – Теперь ему надо просто немного отдохнуть, и он к нам вернется. Вы не представляете, как я счастлива!»

«Вы, наверное, о мистере Анселле?» – уточнила я. Она с жаром закивала. «Я думала, умру, когда услышала, что он отравился. Пожалуй, у меня склонность к мелодраме, потому что… – Она осеклась и не стала заканчивать мысль. – Какое счастье, что это всего лишь плохие креветки! Правда же, папа необыкновенный?» «Разумеется, Нобл Барклай необыкновенный», – ответила я.

«Ему позвонили рано утром и сообщили, что один из редакторов найден без сознания на полу кабинета. Папа тут же примчался в больницу и велел им сделать все возможное. Он такой чудесный, никогда его таким не видела!»

«Я рада, что вы цените своего отца», – отметила я и сказала бы еще что-нибудь, но Элеанор, со свойственной ей бестактностью, наверняка унаследованной от матери, уже унеслась прочь.

Поскольку завтрак у меня обычно легкий, обедаю я рано. Напечатав служебные записки и разослав их по отделам с подробными инструкциями, я спустилась в гриль-бар. Сев за свой привычный столик, я заглянула в меню. Подошла официантка, которая всегда меня обслуживает. «Не желаете ли креветки под креольским соусом, мисс Экклес? Они сегодня превосходны». «Да как вы смеете?! – вскричала я в крайнем возмущении. – Вы находите это хорошим поводом для шуток?! У вас вчера клиент чуть не погиб, отравившись креветками!» Официантка как будто опешила. «Креветками? Вчера?»

Я с негодованием поняла, что мистер Смит не потрудился оповестить персонал о неприятном происшествии с мистером Анселлом. Хоть я и только что самолично напечатала требование не распространять эту информацию, я сочла необходимым поставить официантку в известность. Лучше пусть узнает из первых рук, чем до нее дойдут какие-нибудь лживые слухи.

«Вчера мы не подавали креветок! – возразила официантка. – Тут до сегодняшнего дня неделю ни одной креветки вообще не было!»

Я попыталась спокойно переубедить это упрямое создание, но безуспешно. Она даже позвала других официанток, чтобы они подтвердили ее слова. Естественно, подружки приняли ее сторону. И все же это меня озадачило. Хотя, конечно же, я верила мистеру Барклаю, а не каким-то там глупым рабочим девчонкам, ситуация не могла не раздразнить мое любопытство. Меня отягощали такие вопросы, которые не имели права возникать в священном храме моего сознания. Разумеется, я сама была этому виной. Где-то в коварных глубинах моей психики скрывалась неправда, которую мне не хватало смелости извлечь на свет.