От похода русских витязей многие татарские селения, большие и мелкие орды ещё долго не смогли оправиться. Татары так и не поняли, сколько же человек было в этом кошмарном ушкуйническом войске. Предположения были самые фантастические: одни называли двадцать тысяч, другие — тридцать, третьи — даже пятьдесят. Причём эти цифры они связывали также с отличным вооружением и внезапностью. Примером ушкуйников воспользовались и княжеские войска. Русь поняла, что Орда не только слаба, но и представляет очень лакомый кусок для наложения на неё дани. В 1377 году московское войско во главе с Дмитрием Боброком-Волынским и Нижегородско-Суздальские князья во главе с Василием и Иваном Дмитриевичами вновь разорили Булгарский улус. Несмотря на то что булгары применили пушки, их войско было разгромлено, а Великий Булгар взят. Князь Дмитрий поставил там своего сборщика дани и таможенника.
Нужна была лишь железная воля хана Мамая, который смог успокоить и объединить некоторые татарские улусы и пойти на Русь. Но часть его воинов хорошо помнила урок, преподанный новгородскими удалыми!
...Волжские разбойники решили оставить Кистеня в монастыре, который являлся тайным оплотом борьбы против татаро-монголов. Именно этот монастырь был тем солнцем, откуда расходились лучи света справедливой борьбы, а преподобный игумен Сергий Радонежский был совестью русичей и персонифицированным воплощением идеи освобождения от поганых агарян.
<p><strong>ПРЕПОДОБНЫЙ СЕРГИЙ</strong></p>Православная Церковь на Руси была неоднородна: на протяжении четырёх столетий в ней наблюдалось засилье греческих монахов, большинство из которых и были летописцами. Они во многом исказили русскую историю, но обелили себя, то есть греческую веру. Русская Церковь была расколота на византийских и русских священников. И с этим ничего не мог поделать даже великий князь Дмитрий, когда захотел видеть митрополитом своего человека. Греки победили его! Если было бы по-другому, возможно, русичи освободились от татаро-монголов гораздо раньше. Дмитрий как в воду смотрел: ставленник Греческой Православной Церкви, митрополит Киприан, предал Московского князя. Он покинул Москву перед осадой её Тохтамышем, тогда как должен был быть духовным вождём оставшихся в Москве православных.
Греческие монахи плохо писали об ушкуйниках, называя их разбойниками, так как ушкуйники, будучи христианами, всё же поддерживали связи с языческими жрецами и кудесниками. Это не нравилось грекам. Однако сколько они ни пытались изгнать русский дух из христианства, не удалось. Но им удалось другое — опорочить русскую историю.
