Поездка к Васильеву-старшему для Коськи не была неожиданностью. День рождения Лекса в апреле они отметили дома, поэтому он был предупрежден - майские праздники они проведут у отца. Дорога оказалась продолжительной, почти три часа они проболтали ни о чем, любуясь проносящимся за окном видом, и друг другом. Под конец пути Коська умудрился задремать и первый кого он увидел, открыв глаза, был высокий крепкий старик, внимательно рассматривающий его через лобовое стекло. Лысая макушка, прикрытая белой забавной кепочкой, сглаживала общее впечатление.
Лекс уже выгружал из багажника сумки, перебрасываясь с отцом, репликами. Коська, оправив одежду, вылез из машины и попал под пристальное внимание старческих выцветших глаз с тяжелыми веками. Старик демонстративно осмотрел его, пожевал губы и, повернувшись к сыну, выдал:
- Что, сынок, ты всё же решил подарить мне внучка? Ну, спасибо и на том, потешил старость.
Явный сарказм в голосе привел Коську в замешательство, он остановился с дорожной сумкой в руках, не зная как реагировать на этот выпад.
А старик, резво шагавший к дому, обернулся к нему и рявкнул:
- Что встал, ты мальчик или девочка? Если мальчик, нехрен трястись, бери сумку и пошли!
У Коськи в шоке распахнулись глаза, и он уставился на Лекса не в силах что-нибудь сказать.
Тот же, как ни в чем не бывало, подмигнул ему и шепнул:
- Не бойся, это ты ему понравился.
- Понравился?! - Коська задохнулся. - А что было, если бы не понравился?
- Он бы тебя не замечал в упор. Кстати, не молчи, он любит когда огрызаются. Это дает ему возможность почувствовать себя молодым и борзым.
Перебил их грозный окрик из дома:
- А ну хватит лясы точить! Долго мне еще ждать твоего мальчишку? У нас еще дел по горло!
Устрашающее “дел по горло”, показавшееся Коське: “Сажать картошку! Копать грядки! От забора и до обеда!”, оказалось обычными приготовлениями к застолью. Он покладисто бегал за пожилым живчиком между хозблоком и мангалом. Параллельно отвечая на каверзные вопросы и любуясь всевозможными сортами нарциссов и тюльпанов, в изобилии украшавшими сад. Да и вообще везде чувствовалась хозяйская рука - все было добротно, красиво и эргономично. Двухэтажный домик, хоть и казался скромным для человека такого статуса, как Васильев-старший, но выгодно отличался от соседских ухоженностью и благоустройством.
Лекс, как всегда, был весь в делах. Рассевшись на садовых качелях, он уткнулся в ноут, не выпуская из рук мобильный телефон. В такие моменты его было лучше не отвлекать, и Коська оказался полностью в руках старика, что было вовсе не так страшно, как показалось в начале.
Старик действительно был неплохим, даже забавным. Создавая видимость грозного помещика, гоняющего всех “в хвост и в гриву”, на самом деле, он просто забавлялся, исподтишка ухмыляясь и подкалывая тушующегося гостя.
И постепенно Коська расслабился, стал отвечать на его выпады, и даже сам кидаться остротами. А уж когда получил в ответ на свою шутку обещание “всыпать внучку хворостиной”, откровенно расхохотался, бухнувшись к Лексу в качели и схватившись за живот. Лекс, благосклонно взиравший на эту сцену, молча вырубил ноут и отправился жарить шашлык.
Сытые и довольные друг другом и всем на свете, трое мужчин сидели во дворе, обмениваясь новостями о работе и собственной жизни. Коська, свернувшийся калачиком на качелях, не заметил, как стал засыпать. Прохладный воздух чуть холодил спину, но ровные мужские голоса усыпляли не хуже колыбельной. И уже сквозь сон почувствовал, как под головой вместо твердого Васильевского бока появилось что-то мягкое, а сверху его накрыло теплым и пушистым. Где-то в сторонке гаркнул старик:
- Не трожь, мальчишку, пусть на воздухе поспит. Сходи в дом за наливочкой лучше.
И уже рядом, почти на ухо, забормотал:
- Мальчик, мальчик… Не будь девкой, мой сын слабых и глупых не ценит. Его выдержит только такой же железобетонный как он сам. Надоешь - никто не поможет, даже я. Ты же умный - сумей остаться с ним. Ведь не просто так он тебя сюда припер, зная, что не понимаю я эту вашу, прости господи, ориентацию.
Коська улыбался во сне и не чувствовал ни как большие, с деформированными артритом суставами, руки его погладили по голове и поправили сползающую подушку, ни как спустя пару часов другие руки его подхватили и, прижав к пахнущей дымом и мясом куртке, понесли в дом.
========== 12. Колокольчики. ==========
12. Колокольчики.
- Любое дело надо доводить до конца. В нашей жизни все, так или иначе связано, и любое начинание, это как ряд звеньев одной цепи. Этих цепей может быть очень много и если бросать, показавшиеся ненужными, рано или поздно они обязательно переплетутся и запутаются, - Лекс помешивал кочергой горящие поленья, звонко потрескивающие в тишине погрузившегося в зимнюю ночь отцовского дома. - Завершенность требуется во всем, а потребность закруглять цепочки своих действий, показывает целостность натуры, давая ещё и установку на готовность к следующим начинаниям.
