— Есть у меня в артефактах хвост огненной лисы из созвездия Гончих псов. Запрещен во многих галактиках. По этой причине я не могу его вынести с корабля. А тут о нем, я глянул в справочнике, не знают. Так что, Яша, есть огромный шанс, что музыкальное изделие будет уникальным. Только вот если у тебя тонкий слух, то советую во время испытаний держаться подальше.
— Понял.
Русские космонавты с «Победы» выбрали оборудование, и стали загружать его в первый катер. Крокодил забеспокоился — товар уже отгружают, а музыкального инструмента все еще нет. Заяц ускакал на концерт, и людям приходилось общаться с Оц-Оцем через ретранслятор в лапах одного из помощников янгавальца.
— Да не бойтесь, дорогой Оц-Оц. Катер на подлете, я уже вижу его проблесковые маячки, — успокаивал крокодила Алехин. — Сейчас мой коллега сделает вам такой инструмент, которого еще ваша планета не видела.
Катер пришвартовался, и Алехин с двумя ящерицами стал загружать оборудование внутрь. Сокол метнулся в кабину и вынес жесткий чехол метра полтора в длину. Разложив чехол рядом с крокодилом, он бережно вскрыл черный пластик. На дне лежала длинная семихвостка. Из точки основания она разделялись на семь хвостов разной длины. Человек аккуратно дотронулся до тонких как плеть хвостов, и они вздрогнули, по всей их длине пробежала дрожь, и самый короткий из них затрещал щеткой на конце как бывает у гремучей змеи, отпугивающей от себя окружающих.
Крокодил нетерпеливо заметался рядом с чехлом и коротко вскрикнул, подозвав к себе одного из двух работников.
— Хаспадин Оц-Оц хочет знать, что это? — перевел ящер.
— Сейчас увидите, — заверил всех Сокол и, достав широкую полосу крепежа, бережно зафиксировал хвост лисы на хвосте янгавальца Оц-Оца. — Яша, отойди подальше, — попросил он своего коллегу. — Господин Оц-Оц, судя по вашей реакции, вы такого инструмента еще не видели, правильно? — крокодил кивнул головой, и его тело, поймав волну, запустило низкий гул хвоста. — Так вот вы сказали, что мы заплатим за оборудование по цене как для своих, если создадим инструмент, какого еще не было на конкурсе бардовской песни. Все правильно? — янгавалец кивнул и низкий звук повторился. — Тогда расплачиваемся.
Крокодил что-то залепетал на своем, и переводчик-ящер бросился переводить.
— Хаспадин Оц-Оц хочет послушать, как звучит инструмент.
— А это уже другой договор. Мы договаривались на уникальность инструмента, и мы свою часть договора выполнили. Расплачиваемся и разговариваем дальше.
Люди и янгавальцы произвели расчет, подтвердили отсутствие претензий, получили гарантийный талон и Сокол, наклонившись к крокодилу, чтоб никто не слышал, сказал:
— Это хвост огненной лисы. Лис больше не осталось потому, что живая лиса хвостом могла разрушить дом, а стая лис, при желании, уничтожала город. Пока они жили на своей планете — проблем не было — идеальные хищники в своем ареале, но как появились представители иных планет, так лисы стали нападать на города чужих планет. Сейчас этот хвост лишен силы и не разобьет даже скорлупу яйца, но звук еще имеет весьма интересное звучание. Покрутите хвостом, — попросил Сокол Оц-Оца. — Только медленно, плавно.
Звук, родившийся от шевеления хвоста, напоминал грозу на планете Земля. Те же низкие раскаты грома, словно языческий земной бог громовержец готовится к войне. Оц-Оц сильнее крутанул хвостом, и люди с ящерами присели, зажимая уши руками. От полученного эффекта крокодил защелкал пастью. Ящеры подскочили к нему, когда звуки утихли и застрекотали на своем. Потом один из них выпрямился и перевел послание:
— Хаспадин Оц-Оц сделкой доволен. Вы можете улетать, если не захотите остаться на выступление хаспадина Оц-Оца.
— Нет, спасибо, — подошел ближе Алехин, теребя свои чуть оглохшие уши. — Мы полетим. Сообщите зайцу, пожалуйста, что мы будем ждать его в условленном месте до оговоренного с ним времени.
Заяц к условленному времени не объявился и корабль «Победа» запустив на прогрев двигатели, готовился к прыжку.
— Он же так хотел на Артур, — пристегнувшись в кресле, вздохнул Сокол.
— Загулял, — нахмурив брови, ответил Алехин.
— Мужики, — обернулся капитан Максимов, сидящий рядом с лейтенантом, — вы никак скучаете?
— Ну, как, — пожал плечами, насколько позволял скафандр, Алехин, — он же помог купить оборудование. А с другой стороны — я десять раз сказал, что ждать его дольше не будем. Он ответственный. Может, случилось чо?
— Чо-чо, — передразнил Максимов, — минута до старта, а он только на подлете. Лейтенант, открыть все люки! Куда успеет, туда пусть и запрыгивает. Отчет остановить уже невозможно.
На экранах со всех лап к кораблю несся заяц.
Корабль вынырнул из подпространства и потихоньку стал сбрасывать скорость. Капитан запустил диагностику внутреннего пространства.
— Ну, чо там? — отстегнул часть ремней безопасности Алехин и поднял прозрачный щит на скафандре.
— Люки задраились за секунду до прыжка, — прозвучал голос Максимова по внутренней связи, — все на месте, беспорядка нет, тепловых объектов кроме нас на корабле не обнаружено.