— Почему я? Вы сказали — самый добрый человек на корабле, — уточнил Рокотов. — Неужели я самый добрый?
— Так тебя назвал заяц.
— Вы не можете так поступить с ним, — вмешалась Эльза. — У него на Земле четверо маленьких детей. Как они вырастут без отца?
— Таакже как и другиие.
— Да, капитан Саар, — улыбнулся Том. — Двое ваших детей, к счастью, растут без вас. Но в случае Станислава это действительно потеря, он прекрасный отец, муж, брат, и без него его семье будет трудно.
— Возьмите меня, — попросила Эльза. — У меня никого нет, мне скоро на Землю и там меня никто не ждет. Какая вам разница кого брать.
— Большая. Представьте, что это планета-Бог, и как всякое божество нуждается в подношении — жертве. А Богу всегда жертвуют самое лучшее, — улыбнулся Том.
— Том, почему ты назвал профессора капитаном? — спросил Рокотов.
— Ты же догадался, что они не ученые. И, если я сейчас скажу им, что улетит один из них, кто принесет тебя в жертву, они…
— Это ложь! Я ученый! — заявил Спицын. — Я преподаю!
— Да-да, вербуете студентов, крадете научные работы, и компрометируете других ученых, чтоб их легче было переманивать на свою сторону.
— А если я кого-то убью, то… — Слава запнулся и не закончил свою мысль.
— То планета не примет жертву, и не отпустит никого из вас. Оставшийся в живых, умрет от голода.
— Значит надо убить зайца, простая задачка, — Спицын посмотрел на небо с двумя звездами — одно было размером с земное Солнце, а второе раза в два его меньше.
— Космических зайцев дюжины две, а людей тридцать миллиардов, — возразил Том. — Вам не кажется, что…
— Не кажется, — раздраженно заявил Спицын. — Стас, это вообще кто?
— Мой учитель. И монах тоже был мой учитель. Том, пусть они улетают, — посмотрел на хозяина планеты Рокотов.
— Нет, — покачал головой Том. — Ты не согласен это сделать добровольно. Ты все еще сомневаешься. Надеешься, что прилетит заяц и спасет тебя. Он, кстати, уже летит.
— Ты не поймешь меня, Том, или кто ты есть на самом деле. Я люблю жизнь, жену, детей, сестру, отца. Экипаж свой люблю, зайца, полеты. Очень трудно отказаться от всего этого добровольно. Я все еще надеюсь, что это испытание, и что я еще увижу своих детей. К сыновьям я даже не прикоснулся — они родились, когда мы уже были на орбите. Моя жена… Когда я звал ее замуж, то обещал всю жизнь на руках носить. Она красавица, у нее были такие поклонники, перспективы, а что я ей дам? Вдовство с четырьмя сиротами на руках? Мне сложно отказаться от жизни добровольно.
На последних словах голос Станислава дрогнул, он развернулся и пошел подальше от людей, тяжело загребая песок ботинками скафандра.
Эльза повернулась к летному модулю и пошла в его направлении.
— Мне кажется, — начал Спицын, повернул голову и посмотрел на коллегу. Тот прикрыл рот ладонью, намекая, чтоб Спицын замолчал. — Что? — удивленно поднял брови Спицын.
Эльза наклонилась над модулем, что-то достала и выстрелила в себя. Ее тело упало рядом с модулем. На звук выстрела обернулся отошедший достаточно далеко Рокотов. Догадавшись, что произошло, он побежал обратно.
Эльза лежала, раскинув руки, и смотрела в чужое небо с двумя звездами. В ее правом виске чернела маленькая точка. Станислав, упав перед ней на колени, снял перчатку и закрыл светло-серые глаза. На щеку женщины упала его слеза, словно это она плакала, а не он.
— Зачем, Эльза? — шмыгнул Славка.
— Она тебя любила, — Том подошел сзади, и его тень упала на мертвое лицо Эльзы. — Тебя все любят, Рокотов, но это ты и сам знаешь.
Слава закрыл шлем Эльзы, приподнял тело и усадил на заднее сидение в модуле, где она сидела во время прилета.
— Я хочу попрощаться с сестрой, — Рокотов сел в кресло пилота. — Славка, — включил он передатчик.
— Я здесь, Славка, — отозвался голос из динамика. — Нашли причину?
— Да. Хозяева планеты требуют жертву, чтоб остальные могли улететь отсюда. И эта жертва — я. Мне придется здесь остаться.
— Ты с ума сошел! — Влада повысила голос.
— О! — усмехнулся ее брат. — У кого-то появились эмоции. Эльза мертва. Она застрелилась, принеся в жертву себя. Мне поставили условие — или я, или заяц. Я люблю тебя Славка, очень. И Анжелу люблю, и наших детей. Но, так получилось…
— Слав, — всхлипнул женский голос.
— Пообещай мне, что не бросишь Анжелу и племянников.
— Да как ты мог подумать, что я их брошу?! Это и мои дети! Но как ты на это согласился?
— Очень сложно уходить, когда у тебя в жизни все прекрасно. Нереально сложно. Эльза ушла легко, у нее никого не было. А я уйду, сохраняя жизнь зайцу. Мне так проще решиться. И… Опусти пистолет, Спицын.
— Что мне нравится в добрых людях, они всегда судят по себе. Надо было пистолет поднимать, а не труп, — Спицын выстрелил и Рокотов, дернувшись, обмяк в кресле.
Саар вытащил тело пилота из летного модуля и сел за штурвал.
— Захлоопни шлем и пристегнись! — отдал он приказ Спицыну, плюхнувшемуся в кресло рядом с пилотом.
Модуль взлетел, поднимая за собой пыль, и планета отпустила его.