Связался с дешифраторами, они, не отключая искины от шахт, подсоединились к их внешним выходам и взламывали пароли. Делали они это тонко, чтобы не поднять тревогу. Все пять дешифраторов были заняты и работу не закончили, им, похоже, ещё дня два-три работать. Всего в бункере было шесть шахт с искинами. Работа очень тонкая, это совсем не то, что ломать искины, вытащив их из шахт, нет, тут очень важна осторожность, поэтому и так долго. Главное, чтобы искины не поняли, что к ним подбирают коды, готовясь перепрограммировать. Даже когда дешифраторы подключились, искины этого не заметили и не почувствовали, хотя им должно было прийти сообщение о внештатном подключении, но этого не было. Специальные программы и специально сконструированные диверсионные дешифраторы были способны и не на такое.
Так вот, я связался с тем из них, что подбирал ключики к искину службы безопасности, и дал ему приказ как-то отключить камеры около туалета. Тот сделал это, банально выключив их, искин подумал, что камеры вышли из строя, и отправил запрос в техническую службу на штатную замену. Зная местных техников, я был уверен, что ждать их придётся долго. Быстро работая локтями, я добрался до вертикальной шахты, спустился вниз, убрал в сторону крышку решётки, сигнализация уже была отключена, и, повиснув на руках, встал на края унитаза. Всё, я находился в одной из кабинок.
Через десять минут, когда я, улыбаясь счастливой улыбкой, уже собирался вернуться в шахту, послышалось, как ушла в сторону дверь, и в туалете прозвучали тяжёлые шаги. Напрягшись, я замер, взяв в руки игольник.
Неизвестный, громко и как-то знакомо сопя, занял кабинку, если не ошибусь, через две от меня, и надолго засел. Похоже, это был толстый диспетчер.
«Зашибись, клуб засранцев в комплекте», – с некоторой усмешкой подумал я.
Мне пришлось просидеть в кабинке ещё пятнадцать минут, ожидая, пока толстяк закончит свои дела. Потом, что-то напевая себе под нос, и не вымыв руки, он вышел из туалета.
– Вот свин, – пробормотал я, выходя из кабинки. Помыв руки и просушив их в специальном агрегате, я вернулся в кабинку и, подтянувшись, откинул решётку в сторону. Через двадцать минут я был на месте, с удобством устроившись на одеяле. Оставалось только ждать.
Достав из сумки паёк, я при свете налобного фонарика его придирчиво осмотрел, вроде цел, после чего активировал разогрев. Через пять минут можно есть. Наученный горьким опытом, я теперь знал, что не вся еда одинаково полезна.
После обеда я убрал пластиковую упаковку и, с удобством устроившись, стал просматривать все сайты «Лимии», как новостные, так и торговые. Всё равно делать нечего. Было у меня пять фильмов, закачанных на коммуникатор, но я решил оставить их на потом.
За шесть часов поисков и изучения данных я узнал, что на данный момент на станции находится восемьсот шестьдесят три человека, из которых триста шестьдесят два являются персоналом, включая восемьдесят три раба, а остальные – гости станции, посетители и клиенты. Кто проходил ремонт, кто модернизацию, а кто просто отдыхал в увеселительных заведениях станции. Тут было всё, даже два борделя.
В доках и ангарах находилось тридцать два корабля гостей. Один средний крейсер проходил серьёзный ремонт на верфи, его туша громоздилась в доке. Кроме этого, на парковочной орбите было ещё шестнадцать судов и восемь разобранных дотла бывших кораблей. Вот такие дела.
Самим хозяевам станции принадлежало четыре патрульных корвета, но активно использовали они только один, три были на консервации. Также было шесть люмерских перехватчиков четвёртого поколения «Милк», десяток челноков и ботов, два буксира и один бот, переделанный в топливозаправщик. Вот и всё, что имели хозяева. Бедно, но в принципе им больше и не надо, деньги они делали на ремонте и на обслуживании клиентов.
Сама станция имела вид бруска. Вот хоть представьте себе кирпич – вид такой же. Разве что наросты антенн и шлюзов и ворота доков разнообразили картину. Да еще к одному торцу прилепилось яйцо малой верфи. К тому же станция, помимо встроенного заправочного модуля, имела один автоматический топливный терминал, висевший километрах в трёх от станции, но управляли им из диспетчерского модуля.
Кто-то, наверное, думал, что все космические станции имеют вид шара, вроде «Звезды Смерти» из «Звёздных войн». Но нет, больше всего станции напоминали конструкторы «Лего» после того, как с ними поиграли малыши. Это мешанина разных блоков и модулей. Владельцы обычно мало заботятся о внешнем виде станций, главное для них функциональность. Хотя конечно, станции в виде шара существовали, взять тут же «Сивиллу», но там это было сделано по решению владельцев и в определенных целях. Благо тут ничего такого сделать не успели, не перегрузили «кирпич» разными блоками и модулями.
