– Я не знаю, Эш, в моей памяти нет ничего до того самого момента, как ты меня разбудил… Как будто раньше меня вообще не существовало. Это странно.
Воцарилось молчание, настолько гнетущее и мёртвое, что становилось не по себе. Молчал лес, не издавая ни единого звука, молчали человек и робот. Казалось, даже вода в реке перестала двигаться и остановилась, утихомирив своё тихое и равномерное журчание. Такой тишины Эш не слышал даже на корабле. Там постоянно что-то гудело и щёлкало. Было слышно, как работают двигатели, как жужжат лампы и шуршит вентиляция. А здесь ничего, совсем ничего…
– Я спать. – отрезал человек и забрался в палатку. Но какое там, сон никак не приходил к нему, отгоняемый мыслями и раздумьями.
Зачем он скрывал это столько лет? Почему решил открыть это именно сейчас? Быть может, робот всё это время думал, вычислял варианты? Да нет, быть такого не может, я никогда не видел столь совершенной машины. Насколько я понимаю, он работает примерно на уровне корабельного компьютера, занимающего едва ли не половину мостика. А может и того выше, учитывая его способности к осознанной, почти человеческой речи. Чёрт! С этими мыслями Эш уснул.
***
Проснулся он совершенно разбитым. Несмотря на то, что бессонница больше не мучила его, он как будто не выспался. Тело было бодрым и отдохнувшим, но вот разум, ему было совсем плохо.
– Пойдём, пора возвращаться на корабль.
– Хорошо, Эш. – тихо отозвался робот. Казалось, он понимал, что ранил человека в самое сердце своими вчерашними словами.
Человек молча собрал палатку и упаковал её в рюкзак. Кое-как позавтракал какой-то безвкусной мешаниной из упаковки и бросил её на землю.
Шли тоже молча. Эш всё думал над поведением робота и размышлял, как ему дальше быть. Стоит ли теперь доверять ему? Он понуро смотрел себе под ноги, не обращая внимания на то, куда именно идёт. Ему было известно направление, сейчас этого было достаточно.
Через несколько часов этого скорбного путешествия Эш больно ударился головой о дерево, но даже не выругался. Лишь остановился и поднял голову на этот бесшумный лес. Путники набрели на какую-то опушку неподалёку от корабля. Эш помнил её, помнил, что идти оставалось чуть больше часа. Яркое солнце освещало траву и деревья, приятно согревая тело под курткой.
И тут он понял, почему этот лес сразу показался ему странным. Деревья в нём были одинаковыми. Одни были больше, другие меньше размером, но одинаковые, как под копирку. Как будто кто-то нарочно расставил их здесь. Он вспомнил что тоже самое было и с теми голубыми цветами.
Эш внезапно осознал, почему на планете не было совсем никакой жизни. Почему в дереве не было волокон, а вода казалась стерильной, как из бутылки. Планета была искусственной, она была муляжом, макетом. Но кто способен создать планету в натуральную величину? Он в ужасе остановился, бросил бесполезное копьё на землю и побежал, что было силы. Ему захотелось убраться отсюда, любой ценой. Он бежал, выбиваясь из сил. Иногда останавливался, что на минутку перевести дух, а потом снова бежал. Через полчаса он увидел, что приближается к поляне, на которую приземлился в тот самый день около недели назад. Задыхаясь, он миновал последние деревья и в бессилии упал на колени.
Корабля не было.
Поляна выглядела абсолютно пустой, и лишь примятая пластиковая трава могла рассказать о том, что здесь совсем недавно стояло огромное межпланетное судно. Он замер, обессилевший от пробежки и полностью разбитый от осознания того, что теперь он всю свою жизнь будет вынужден провести на этой мёртвой, искусственно созданной планете. Жизнь, к слову, весьма короткую, если принимать во внимание то, что вся еда осталась на корабле. Воды можно будет набрать в реке, но ненавистных консервов хватит дня на 4, не больше. И то, если экономить. А какой-то другой пищи на этом куске пластмассы просто не существует.
Эш пытался заплакать, дать волю эмоциям, но слёзы всё никак не приходили. Поэтому он просто закричал. Он кричал на деревья, на траву и небо, на всю эту проклятую планету и её создателей.
– Зачем ты кричишь, Эш? – мягко спросил робот.
– А тебя никто не спрашивал, жестянка! Я-то сдохну, а тебе что с того? Тебе еда не нужна, да и компания тоже. Будешь себе веками смотреть на одинаковые деревья в тени одинаковых облаков. Может стихи начнёшь писать или ещё что. – Робот молчал.
– Ладно, давай уже ужинать. – Он развернул палатку, а затем достал из рюкзака очередную банку консервов. И без того пресная еда показалась ему ещё более безвкусной, чем обычно. С чувством всепоглощающего уныния Эш лёг спать. Но сон не спешил приходить к нему, бессонница снова одержала верх. Он несколько часов лежал и думал над тем, сколько ему осталось.
Так прошли двое суток. Человек лишь спал и грустил, снова и снова думая о том, что его собственное время на исходе. Еды осталось всего на день. На полтора, если есть только треть порции, а не половину, как он делал сейчас. Но какая теперь разница? Один день или два, неизбежное голодание стремительно приближалось.
***
