— Милостивые духи, я сейчас! Подожди! Располагайтесь, ребята. Сайлас, мы тебе всегда рады. Не стесняйся.
И бабушка Синтия пулей выскочила из кухне, чтобы поспешить супругу на помощь.
— Она у меня такая…
— Заботливая, — вставил Сайлас, — это здорово.
— А чай, правда, вкусный. Уверена, тебе понравится. Вот, сейчас все приготовлю.
Одри принялась накрывать на стол, а Сайлас вытаскивал ловцы снов один за другим и складывал их на диван рядом с собой.
— Сайлас пришел? — послышался голос дедушки Джеральда. — Я помню его. Линда, его сестра, работает в «Магнолии», верно?
— Верно-верно, это он. Тот самый Сайлас. Друг Одри из компании Пиратов.
— Славно, очень славно!
Дедушка и бабушка Одри показались на пороге кухни. Дедушка Джеральд, одетый в брюки и клетчатую рубашку, прошел вперед с тростью в руке. Глаза завязаны черной повязкой, а сверху надеты черные непроницаемые очки. Седые длинные волосы дедушки Джеральда заправлены назад и волнами спадали с плеч.
— Сайлас, дай-ка пожму твою руку.
Дедушка Джеральд протянул большую волосатую ладонь Сайласу. Тот ответил встречным рукопожатием.
— Какая сильная рука. Молодец, Сайлас.
— Ой, вы принесли ловцы снов! — воскликнула бабушка Синтия.
— Да, Сайлас мне помог их довезти, — объяснила Одри, — они для тебя, дедушка, от кошмаров. Я выдержала их пять лун и усердно сжигала молитвы в Храме Волчицы.
— Спасибо, Одри. Мне так приятно, что ты заботишься о моем спокойном ночном сне. Уверен, твои ловцы снов мне очень помогут. Честно признаться, я устал от проклятых кошмаров.
На кухне повисла тяжелая пауза. Бабушка Синтия поспешила развеять тоску, побежав доставать пирог из духовки.
— Пирог уже готов! Сейчас достанем! Ах, какой он горячий! Одри, поможешь мне его разрезать на треугольнички, как пиццу?
— Конечно, бабушка.
— Ты уже накрыла на стол? Сейчас же наливаю всем чай. Ах, какой же вкусный чай у нас с мятой и малиной. Пей, Сайлас, тебе обязательно понравится. Ой, лимонные мармеладки. Сейчас-сейчас!
Бабушка Синтия снова засуетилась и забегала по кухне, доставая мармелад и разливая всем чай.
Энергия так и пульсировала от этой женщины. И не смотря на больную ногу, она продолжала вертеться и крутиться.
— Готово, бабушка, — сообщила Одри, — я разрезала пирог. Тарелки уже у всех есть.
— Тогда ставь скорее пирог на стол, милая.
Сайлас не успел моргнуть, как перед ним уже стояла чашка чая, тарелочка с мармеладом и треугольный кусок горячего пирога, из которого вываливались капуста и мясо.
— Начинки очень много. Угощайся, Сайлас.
— Благодарю.
Сайлас принялся разламывать пирог вилкой на кусочки. Он был очень горячим. Сайлас захотел отпить чаю, но и тот был залит кипятком до самого края.
Одри и бабушка Синтия сидели напротив. Дедушка Джеральд разместился рядом с Сайласом на одном диване.
— Какие последние новости в Долине? О чем судачат люди? — завел разговор дедушка Джеральд.
Сайлас и Одри напряженно переглянулись. Он словно ждал от нее разрешения, чтобы поговорить с дедушкой Джеральда на тревожные темы.
— Вспышка на фестивале, — произнесла Одри первой, — мы ее видели. Все мы, Пираты. И Сайлас тоже. Фиолетовый свет заполонил все небо. А потом раз — и исчез. Это случилось сразу после фейерверков. Примечательно, что этот свет заметили все! Ведь вся Долина смотрела в небо, ожидая второй волны салютов, которая так и не прогремела. Весь остров видел этот свет… это… странно…
— Лиловый свет?
— Да, он словно менял цвета. От фиолетового к розовому. Свет загорелся на горизонте и полетел прямо на нас, пока не затянул все звезды.
— Очень интересно… прямо как…
Пауза.
— Как в моем последнем сне.
— Вашем сне? — удивился Сайлас. — Вы видели во сне этот свет?
— Не просто видел, Сайлас. Мне пришло пророчество, в котором говорится про эту самую вспышку. И теперь я лично убедился в том, что пророчество начинает исполнятся.
— Оно хорошее?
— Нет, Сайлас… боюсь, оно совсем не хорошее.
— Вы его помните?
Дедушка Джеральд сделал глоток чая и дал ответ:
— Я помню все свои видения и пророчества.
Снова глоток. В комнате повисла глубокая тишина. Голос дедушки Джеральда стал тише и тяжелее.
— Когда Каладриус взмахнет крылом, грядет великий шторм. Последняя песня цикад прозвучит, и небо вспыхнет лиловым огнем. Все двери в ночи отворятся опять. И Зверь, закончив охоту, Корону свою обретет.
Слова из пророчества эхом отзывались в голове Сайласа. По телу пробежала ледяная дрожь. От последних слов ему стало не по себе.
— Последняя песня цикад прозвучит… цикады замолчали, когда вспышка исчезла. Правда, Одри?
— Да, стало так тихо. На мгновение я испугалась, что оглохла!
— О чем это пророчество? Что за двери в ночи должны открыться?
— Если бы я знал, Сайлас… если бы я знал, — покачал головой дедушка Джеральд, — боюсь, я не могу истолковать пророчества. Они приходят ко мне во снах. И я их запоминаю. Но что они значат мне не дано понять.
— А кто такой Каладриус?
Тут бабушка Синтия забеспокоилась.
— Джеральд, они еще дети…
— Спокойно, Синтия. Они имеют право знать. Лиловый огонь уже загорелся, и цикады замолчали. Они видели это своими глазами! Пророчество начинает исполняться.
