«А почему нет? Он понимает только те вопросы, которые обращены непосредственно к нему».
«Тогда скажи, почему это сотрудники Станций стали задерживать поставки лекарств?»
«Не знаю. Раньше с этим все торопились».
«А почему эпидемии теперь разражаются так близко от Языков?»
«Тоже не знаю. Но раньше правда на десятки миль, даже на сотни миль было чисто».
«Вы всё еще воруете женщин из Экополиса?»
«А как без этого! – весело ответил офицер. – У женщин Экополиса хорошее здоровье. – Он даже облизнулся. – Они легко переносят насилие».
«Но зачем насилие?»
«С ними не договоришься».
«И что же вы собираетесь делать дальше?»
«Наверное, воспользуемся советами Тэтлера. Герой Территорий знал, как следует поступать. Он предвидел нынешнюю ситуацию. Скоро мы устроим большую медитацию в Экополисе. Скоро мы вычистим все сейфы банков спермы. Правда, Тэтлер не успел передать нам схемы и карты».
Он посмотрел на Алди: «Ты можешь нам помочь».
«Погоди, – попросил Алди. – Как Тэтлеру удалось стать Героем Территорий, если он советовал вам такое?»
«Наверное, он хотел добра».
«Для всех?»
«Наверное».
«Это не ответ».
«По-другому я не умею».
«Представляю, какую ерунду будет нести
«Поживи здесь, тебе понравится».
Но Алди все не нравилось в Южной Ацере.
В тесной комнате всегда ночевало пять-шесть, а то и все десять человек. У некоторых были лиловые татуировки на левом плече, питались они только молоком, поэтому выглядели сердитыми. Бесконечные очереди день и ночь тянулись к общественным местам, а некоторые такие очереди возникали стихийно. Тогда появлялись Летучие отряды. В ночи завязывались короткие перестрелки, взрывались светошумовые гранаты,
«Может, бросить его в ту воронку? Она, наверное, опять полна крысами».
«Нельзя, – весело возражал офицер Стуун. – Мы обязаны вернуть
«Тогда зачем тебе я?»
«Ты пойдешь в Экополис».
Сердце Алди дрогнуло. Он утер ладонью вспотевший лоб.
«Ты тайно пойдешь в Экополис. Реабилитации ты не подлежишь, поэтому я тебе верю. На Нижних набережных ты найдешь бывший водный гараж Тэтлера. Он держал там нужные документы. Понимаешь теперь, зачем я спас тебя от крыс?»
Алди поймал свое отражение в зеркале. Бледное, заросшее щетиной лицо, страшные рубцы, волосы на висках вылезли или поседели. «Реабилитации ты не подлежишь». Это точно. С таким лицом не выйдешь на площадь Согласия. С таким лицом можно появиться только в Нацбезе.
Все же он спросил: «Что в этих документах?»
«Не знаю. Может, данные банков спермы. Схемы подступов. Удобные подходы. Степени охраны. Мы хотим, чтобы у нас рождались девочки».
«А если меня там убьют?»
«Очень большая вероятность, – весело подтвердил офицер. – Но ты ведь и так умрешь. Подними руки. Ну, вот. Видишь эти пятна на ладонях? Они появились у тебя недавно?»
«Может, месяц назад. Может, чуть позже».
«Если не принимать специальные препараты, ты не протянешь и полгода».
«Значит, мне надо справиться с заданием за полгода?»
Офицер засмеялся: «Нет, за два-три дня».
И с удовольствием подтвердил: «За два-три дня. Ты так выглядишь, что тебя быстро поймают. А через месяц болезнь станет необратимой».
«У тебя тоже пятна на ладонях».
«И я через полгода умру. Но если ты принесешь документы Тэтлера, нам помогут. Нам обязательно помогут. Существует особый препарат. У сотрудников Станции. Мы можем обменять документы Тэтлера на этот препарат».
«Ты понимаешь, чего ты хочешь?»
«Наверное, не больше, чем ты».
«Тогда зачем это все?»
«Дети вырастут – разберутся».
«А если не вырастут? Если станут старичками где-то в тринадцать лет?»
«И такое может быть. – Офицер Стуун многозначительно постучал зубами. – В любом случае мы устроим большую медитацию в Экополисе, а захваченную сперму распределим между лучшими семьями Южной Ацеры».
«И, как
«Разве это плохо? Ты тоже можешь сесть с нами. Ты станешь совсем свободным человеком. Может, Героем Территорий. У тебя появятся мечты. Мечтают только свободные люди. Будешь рассказывать нам про звезды. А потом мы заставим Экополис работать на нас. У них не останется свободного времени. Они будут создавать для нас новые Языки, а мы займемся искусством. Ты знаешь, что такое искусство?»
«Фиолетовые руки на эмалевой стене?»
«Нет. – Офицер Стуун засмеялся. – Искусство – это другое. Ты не поймешь. Ты совсем дикий. Искусство – это когда тихонько и довольно бормочут
«А я могу ставить условия?»
«Если будешь помнить, что воронка опять полна крыс».
«Это совсем простое условие».
«Тогда говори».
