Но здесь — здесь была красота функционала. Высший класс симбиоза инженерии и эстетики. Не показная роскошь, а пугающе элегантная эффективность. Ни одного ненужного предмета. Ни одной фальшивой детали. И только после нескольких секунд молчания, когда разум начал возвращаться в себя, взгляд капитана упал на кресло в самом центре восьмигранника. Тёмное, глубокое, словно выточенное из жидкого камня, оно стояло чуть приподнято над уровнем пола, окружённое невидимым полем, которое немного искажало воздух. В кресле сидел он. Разумный. Тот, к кому они шли.
Он не вставал. И не пытался казаться более значимым, чем был. Он просто сидел. Раскинув одну руку на подлокотник, другую держа под подбородком. Его взгляд был спокойным, проникающим — и в то же время насмешливым. Он наслаждался их реакцией. На его лице играла лёгкая, почти невесомая усмешка. Не надменная. Но уверенная. Уверенность того, кто знает: он держит все карты.
— Добро пожаловать, на борт “Клинка Пустоты”. — Наконец-то произнёс он, и его голос был глубоким, с металлическими обертонами, но в нём была и нечто живое. — Полагаю, все ваши впечатления… Соответствуют ожиданиям?
Капитан Анира Т’Кейранн едва заметно кивнула, пытаясь удержать себя в рамках протокола.
— Признаю… не ожидала увидеть нечто столь… совершенное.
— Это — не вершина. — Он наклонил голову. — Лишь остатки когда-то великой эпохи. Но… Всё равно… Спасибо за оценку. Присаживайтесь.
По щелчку его пальцев из пола вышли четыре кресла — чуть меньше, но не менее изящные. Без скрипа, без звука. Как будто их всегда ждали. Анира Т’Кейранн неохотно шагнула вперёд. Всё внутри неё сопротивлялось — слишком уж сильна была ассоциация с теми, кто заманивает. Но в то же время — эта встреча была ключом ко многому. Она сделала шаг. Первый. И кресло, в которое она опустилась, сразу же подстроилось под её спину и позу, как будто знало её ещё до того, как она вошла в этот зал. И когда она села в кресло, то едва заметно выдохнула, будто только сейчас позволила себе сделать первый настоящий вдох. Мягкость сиденья сочеталась с идеальной поддержкой — словно его поверхность сама подстроилась под изгибы её тела, под усталость мышц, накопленную за последние бессонные дни и ночи. Но это не помогло избавиться от странного волнения, нараставшего с каждой секундой. Она смотрела на разумного напротив и не могла отвести взгляда.
Он был не похож ни на одного из знакомых ей видов. Ни один дипломат, ни один учёный или командир в её памяти не имел таких черт, таких глаз — чуть светящихся изнутри, с глубоким радужным оттенком, словно сквозь них проступали сложные узоры машинной нейросети. Лицо без выраженной расовой принадлежности, будто бы аккуратно сбалансированное, почти нарисованное, и в то же время не кукольное. Гибкая кожа с легчайшим металлическим отливом, серебристые нити, что время от времени едва заметно пульсировали на шее и у висков. Его движения — медленные, экономные, без резкости, но каждая поза выдавала скрытую мощь. Как будто перед ней сидело не просто живое существо, а человекообразный интерфейс самого корабля. И вдруг она поняла, что её пальцы сжались в подлокотнике, а дыхание — едва слышно сбилось. Она не волновалась так даже в тот день…
В тот день, когда в великом зале Анира Т’Кейранн, под взглядами десятков адмиралов и в присутствии самой Королевы-Матери, она стояла на колене и принимала патент на командование боевым крейсером как лучший выпускник академии. Тогда — она ощущала гордость, ответственность, трепет… но не это.
Не это судорожное, животное напряжение, сплетающееся с непрошеным восхищением и неясной тревогой, словно под её кожей кто-то водил пальцем, следуя древним рунам судьбы.
Казалось, что даже мысли молодой девушки застыли. И именно в этот момент разумный, будто почувствовав эту внутреннюю бурю, отвёл взгляд и щёлкнул пальцами. Беззвучно, из панели в полу поднялась плавно изогнутая стойка, на которой стояло четыре хрустальных бокала, наполненных жидкостью цвета переливающейся лазури. Пузырьки медленно поднимались вверх, но не лопались — словно висели в невесомости.
— Позвольте предложить вам освежающий нейтоник. Безопасен. Обогащён витаминами и адаптогенами. Ваш обмен веществ оценен, напиток подстроен под индивидуальные особенности каждого присутствующего. — Голос его был по-прежнему спокоен. Но на губах появилась едва заметная усмешка, и Анира точно знала. Он видел её смятение. Читал его как открытую книгу.
Один из находящихся дроидов, похожих как своеобразный столик на колёсиках, почти беззвучно, подъехал к ним, и подал напитки. Не демонстрируя ни агрессии, ни лишней жестикуляции. Всё точно, выверено, почти церемониально.
Взяв поданный ей бокал, Анира прикоснулась губами к напитку. Вкус действительно был… иной. Его просто невозможно было сравнить ни с чем знакомым для неё, что она пробовала прежде. Лёгкий, словно дыхание рассвета над кристаллическими озёрами родного мира. При этом с ярким, свежим всплеском силы — так, как будто кто-то зажёг внутри неё крошечную звезду.
