Красавица полностью

На парня он смотрел так хмуро, что Мора его даже не узнала, но сердце у нее забилось быстро-быстро. Когда Тай заступился за нее перед Парром, она ничего, кроме недоумения, не испытала. А когда то же самое сделал Рей, Мора готова была смотреть на такое снова и снова.

– А этот откуда взялся? С Третьего, что ли, сбежал? – хохотнул парень с татуировкой и подошел ближе, сложив руки на груди.

Рей был ниже его и в плечах уже, а лицо и рваная одежда привлекали чуть ли не больше внимания, чем отметина Моры. Он и правда выглядел как нездешний.

– Может, тебя туда и отправить? Могу устроить. Давай. – Парень с татуировкой ткнул себе в грудь большим пальцем. – Тронешь – улетишь на Третье, рот раскрыть не успеешь. Здесь гвардия на магистрали, отправят тебя быстренько. За беспорядки.

Море хотелось спрятать лицо в ладонях. Обозленных, перепуганных людей она встречала не раз, и сейчас у нее возникло дурацкое чувство, как будто она заслуживает таких сцен. Ее есть за что обзывать, есть за что тыкать в нее пальцем. Это была мерзкая мысль, и от нее становилось тошно, но лицо Моры всегда привлекало внимание, и отрицать это было бесполезно.

А сейчас свидетелем этого унижения стал Рей, и Мора поняла, что краснеет. Как будто он подсмотрел что-то глубоко личное, интимное, некрасивое. То, что ему видеть не полагалось. И почему ей так важно, что он подумает?

– Пошли в Бездну, – очень тихо и вместе с тем звучно сказала она, поднявшись на ноги.

В ней забурлила такая темная ярость, что даже дышать стало тяжело. Она вспомнила, как легко обхватывала Ица своими тонкими, белыми ладонями затылок и подбородок тех двоих, а потом ловко и точно дергала. И ведь те люди ее всего лишь раздражали.

Парень с татуировкой удивился:

– Ты что там пискнула, бактерия?

Из-за его плеча выглянула девушка в чешуйках:

– Только голыми руками ее не трогай.

– Ага, голыми не буду.

Парень охотно кивнул и вытянул рукава, спрятав в них ладони.

– Теперь нормально. Ну что, обоих на Третье или как?

Мора сглотнула ком в горле. Перед глазами темнело. Это неправда. Она не заслуживает таких сцен. Они просто не имеют права.

– Не боитесь, что боги покарают? – спросила вдруг Мора.

Как бы ей хотелось покарать этого идиота собственными руками. Но громила с татуировкой только моргнул.

– Боги?

– Боги? – повторила за ним девица с чешуйками и заглянула зачем-то под соседний пустой столик. – Какие боги? Боги, ау! Не вижу тут никаких богов.

– Дура, – фыркнул второй парень. – Они сверху на нас смотрят. Записывают наши грешки в толстый блокнотик.

Девица хихикнула:

– Точно!

Парень с татуировкой подступил еще ближе, буравя Мору взглядом:

– Нашлась тут сектантка.

– Слушайте, ну чего вы залипли? – подала вдруг голос вторая девушка; у нее на лице не было ни татуировок, ни чешуек, и смотрела она с тревогой. – Оставьте вы ее.

– Ты что, Лина, правда боишься? – хохотнул громила.

– Ну говорят же, что все это из-за нее! Лучше бы ее вообще под замок посадили…

Взгляд у Лины был такой перепуганный, что Мора растерялась. Квартум в первый же день тоже спорил о том, не посадить ли ее под замок…

– Просто оставьте ее, и пошли отсюда! – Лина отступила.

– Да бредятина это все. – Громила мотнул головой и выпростал кулаки из рукавов. – Смотри и учись.

Он замахнулся, Мора зажмурилась. Но удара не последовало.

– Да ты чего?! – просипел парень.

Мора распахнула глаза. Рей держал его за запястье, вывернув руку так, что у громилы глаза на лоб полезли.

– Вали отсюда. Быстро, – прошипел он.

– Я зову гвардию, – ахнула девица в чешуйках.

Но вызвать она никого не успела. Только потянулась за картой, как снизу, из сахарницы, запрятанной в вазон с цветами, зазвучал приглушенный голос Шемуса:

– Прошу прощения, хозяйка. Мне очень неудобно прерывать вашу беседу, но у вас входящий вызов от госпожи Тааре. Срочный.

Она стояла у отодвинутого кресла, вцепившись в спинку, как замороженная. Даже костяшки пальцев были белыми, как лед, – казалось, она просто взяла и покрылась инеем. Горбилась и смотрела вниз, стиснув другую руку в кулак.

– Нет-нет-нет, – услышал он ее шепот.

Когда всплыла голограмма с той женщиной, компанию придурков как Бездной слизнуло. Мора зачем-то оттолкнула Рея в сторону, когда выхватила из сахарницы карту и сжала ее в руках. Фигура материализовалась в воздухе к Рею спиной. Ему хотелось взглянуть на эту таинственную госпожу Тааре, из-за которой сгинули те четверо, но стоило ему двинуться, Мора отступала, уводя и голограмму.

Она не хотела, чтобы женщина его видела, но так ее не видел и Рей. А тайны его бесили. Это у него был целый ворох секретов, которые следовало хранить от наблюдаемых, не наоборот. Это было неправильно.