Такое чувство, будто я что-то упускаю, и, хотя я терпеть не могу побеги, у меня все равно проскакивает мысль, что можно успеть выбежать, пока он не вернулся. Но нет, я против нечестной игры, и да, мне всегда хочется обойти Яна, но сегодня, после того, чем он поделился, я не могу так поступить. Не хочу представлять, как больно ему будет увидеть, что я смылась у него за спиной.
– Ты будешь знать обо всех моих планах на тебя, – бормочу я.
– Ты что-то сказала? – Ян вернулся с двумя банками дюшеса, ледяными настолько, что ему пришлось потереть занемевшие руки.
– Эм-м, нет, – серьезно отвечаю я.
– Так, ладно, я просто признаюсь, – говорит он. – Я не мог решить, стоит ли рассказывать, но подумал, что будет нечестно…
– Полностью согласна… – вмешиваюсь я.
– …не предупредить тебя, – заканчивает он мысль и странно на меня смотрит.
– Стоп, ты о чем это?
Я моментально вскрываю газировку и начинаю пить. Пузырьки щекочут рот, и я закашливаюсь.
– Нет, прости, ты все-таки о чем?
Ян наклоняется, пряди волос падают ему на глаза. Он недовольно откидывает их.
– Друзья случайно проговорились, что второе испытание будет игрой в «Эрудит». Они правда не хотели, вырвалось во время разговора. – Ян дразняще улыбается. – Не волнуйся, я знаю, как пишется бробдингнегский.
– В «Эрудит»? – Я скептически поднимаю бровь. – Как-то банально.
– А ты что хотела? Кулачные бои?
Нет, такое устраивают только в насыщенных эротизмом викторианских любовных романах. Вроде того, который я читала вчера перед сном. Там был парень в свободной белой рубашке, похожей на ту, что была сегодня на моем принце Яне.
Поправка: просто на принце Яне.
Делаю глоток дюшеса и спрашиваю:
– А зачем ты мне это рассказываешь?
Честно говоря, не знаю, рассказала бы я на его месте. Хотя… вдруг он пытается меня дестабилизировать? Хочет, чтобы я тратила силы на подготовку к «Эрудиту», когда испытание на самом деле в другом. Распространяет ложную информацию под видом откровенности.
Я отрезвляю себя. Один бургер еще не залог дружбы. Ему надо придумать что-то получше, если он хочет, чтобы я поверила на слово.
Кажется, он удивлен.
– Было бы нечестно, если бы я знал, а ты нет.
– У меня в соревнованиях с парнями обычно не так работало, – отвечаю я.
– Ну, ты просто не умеешь выбирать себе парней, – пожимает он плечами.
Крепче обхватываю пальцами прохладную банку.
– Ревнуешь?
Его взгляд темнеет, он наклоняется и хочет что-то сказать, но его прерывает радостный возглас его мамы:
– Ах, какие же вы миленькие!
Она выкладывает с подноса наши бургеры с пульгоги, барбекю-кимчи в бобовой пасте с ломтиками обожженной пашины, и все это посыпано луком-шалотом и жареным кунжутом.
– Приятного аппетита!
– Спасибо, миссис Джун, – благодарю я, приготовившись есть.
Пусть я и преломила сегодня хлеб со своим врагом, но на втором испытании надеру ему зад не по-христиански.
Дома я заставила всю семью играть в жесткий, беспринципный «Эрудит», чтобы убедиться: я готова разгромить Яна с такой силой, что этот позор будет преследовать его не то что до окончания школы – до окончания колледжа. Три партии с криками и проклятиями в адрес Симми (рассудить нас смог только папа со словарем). После этого мама вообще запретила нам играть.
В случае, если Ян не соврал, хочу прийти на битву умов готовой. По правилам наших друзей, если один из нас опоздает или и вовсе не явится, оба проигрывают. Они на удивление быстро вошли во вкус.
Стиснув зубы, смотрю, как летят минуты на табло электронных часов в машине.
Гляжу в телефон. На экране высвечивается последнее сообщение Яна, отправленное утром. Гифка с королем Теоденом, который говорит: «Итак, началось» – мем из «Властелина колец. Две крепости».
Идеально. Жаль, что не я первая ее отправила.
Зато я отправила в чат лунных девчонок мем с птичкой в повозке: «Выезжаем на рассвете, сучки!» Кейти, Блэр и Вэл поставили одна сердечко, вторая огонь и третья – сложенные в молитве руки.
Пусть у меня нет меча Арагорна и лука Леголаса, но зато есть мои подруги. Энергия лунных девчонок – это все, что мне нужно для победы.
– Наконец-то, – говорю я, когда вижу маму у двери из кухни в гараж. Ее волосы уложены в упругие крупные кудри, лицо сияет от новой косметики из «Сефоры». Я уже пять минут жду ее в машине, чуть не начала гудеть в гудок.
– Чего ты так спешишь в эту библиотеку? – Симран тыкает меня в руку пальцами ног. Она растянулась на заднем сиденье, положив ноги на консоль между передними креслами.
Я отодвигаюсь к самому окну. Разворачиваю вишневый чупа-чупс, любимый, и аккуратно сую в рот, чтобы не смазать блеск для губ.
– Просто так.
– У тебя ничего не бывает просто так.
В ее тоне звучит лукавство, уверенность, что она хорошо меня знает. У Яна это тоже иногда проскакивает, как будто только он знает секретные коды, чтобы меня взломать. Это вызывает улыбку – мысль, что я главный босс, которого можно победить, только если достиг финального уровня.
Мама тщательно перебирает обувь на стойке и выбирает эспадрильи. Она машет мне ими, а я кидаю на часы вымученный взгляд.