Привет, лунные девчонки!
Надо было написать раньше, а не ждать, что все само собой наладится. Вообще, я поняла, что часто так делаю. И с Симран, и с Яном, и с вами.
Мне ужасно жаль, что мы распались. Мне жаль, что мы делаем друг другу больно. И еще мне очень жаль, что я не поговорила с вами, пока это не зашло так далеко.
Красавица Бешарам Простите, что не смогла защитить нас, хотя должна была.
Но я верю, что мы – лунные девчонки навсегда, несмотря ни на что. Мы ссоримся, как любые сестры, но всегда находим путь к примирению, как любые сестры. Сквозь пространство, время и галактики. Даже если мы злимся, то все равно любим друг друга и никогда не бросим.
Я знаю, что вы все сегодня работаете, но, может, приедете вечером?
Мы лунные девчонки. Я скучаю по нас.
Нажимаю «отправить», пока не начала сомневаться.
ТРРРРРРРРРРРРРРРР!
Срываюсь с дивана к входной двери и распахиваю ее, пока звонок еще работает.
Все на месте. И почему-то со спальными мешками.
Вопросительно поднимаю бровь. Вэл отвечает робкой улыбкой надежды, но быстро отводит взгляд, будто все еще чувствует себя неловко и неуютно. Блэр сжимает губы, как будто нервничает, что бывает редко.
Кейти берет инициативу на себя и хватает ее за руку.
– Срочный созыв лунных девчонок! Все наверх!
Мы поднимаемся в мою комнату, Бастер бежит за нами, виляя хвостом. Нам точно никто не помешает, потому что мама с папой уехали, а Симран в библиотеке на вечере поэзии, а потом… Понятия не имею, куда она пойдет потом. Но она точно расскажет обо всем завтра. Как странно (как здорово), что у нас теперь такие отношения!
– Родители, конечно же, не против, если вы переночуете у нас, но все-таки почему вы решили захватить спальные мешки? – спрашиваю я, смотря на Вэл. – Так, нет. Все сначала. Прежде чем мы начнем говорить, я должна извиниться перед вами. Этим летом… случилось много всего. Я стала воспринимать нашу дружбу как должное, потому что мы всегда вместе и всегда были подругами. Я не знала, как поговорить о том, что происходит. У меня… лучше выходит разрушать, чем созидать, – признаю я и смахиваю слезу (правда). – Я так долго считала себя чудовищем, что даже не пыталась ничего исправить. Мне очень, очень стыдно, что подвела вас.
– Кавс… – Смешок Вэл похож на всхлип. – Не бери всю вину на себя. Я тоже натворила дел. Я завидовала девочкам из-за их бистро. И злилась, что их родители верят в своих дочерей и готовы помочь всем, чтобы их мечты исполнились. Меня жутко заводило, что мой отец готов либо передать мне свою мечту, либо свой магазин. – Она вздыхает и прижимает к себе Бастера, он не против. – Но дело не только в этом. Вы с Яном… Было видно, как меняются ваши отношения. Мы знали, что так будет, даже когда ты сама этого еще не понимала. У вас столько всего изменилось за лето, и я не хотела отставать. Но я поступила нечестно. Я не могла злиться на Рио за то, что он ко мне ничего не испытывает, и вымещала свой гнев на вас.
Блэр говорит следующей:
– Мы тоже виноваты. Ты права, Ви. Мы конечно же не хотели, чтобы ты чувствовала себя отставшей от жизни. Когда мы обсуждали бистро, то не пытались хвастаться. Мы рады были поделиться с тобой и не сообразили, что это может обидеть. Открытие бистро на следующей неделе, и в пылу подготовки мы перестали ценить многие события – они стали просто списком дел. Но мы обещаем, что больше никогда не будем воспринимать нашу дружбу как всего лишь пункт из этого списка.
– Никогда, – повторяет Кейти, обнимая Вэл и Бастера. – Прости, что мы не ценили тебя. И не понимали, что раним тебя. Мы станем лучше.
– Спасибо вам, – шепчет Вэл, уткнувшись в волосы Кейти, но ее слова адресованы нам всем. – Мне трудно открыться, потому что мне всегда кажется, что я прошу слишком многого. По крайней мере, если верить папе. Иногда я даже с вами не знаю, как сказать, чего хочу, из-за страха, что вы скажете: нет, мне нельзя.
Теперь мы все вместе обливаемся слезами.
– Но из этого вышло и нечто хорошее, – говорит Вэл, отрываясь от Кейти. – Пока мы не виделись… Ну, вы знаете, как папа реагирует, если думает, что я бездельничаю. Он гонит меня работать в магазин. И это подпитало мою злость не представляете как.
Я ахаю.
– Неужели ты наконец сказала ему, что думаешь?