Малой ценой убедиться в существовании на материке барона Шелли не получится. Даже если отыскать торговца со столь далеким маршрутом. Сколько будет стоить такая услуга? А главное, как получить обратную весточку?
Так далеко от родины нельзя было ни найти общих знакомых, ни послать письмо с оказией. Да и кому посылать? Родственников нет. Друзей? С одной стороны, много. А с другой стороны, среди них вряд ли кто-то готов будет заплатить хотя бы марку за его возвращение.
А семейство барона?
Конрад Шелли достойнейший человек.
Иоанна Шелли прекрасно относится к Ингвару.
Дети души в нём не чают.
Но выкупать слугу с другого конца света они не станут. Даже верного слугу.
Придётся ковать оказии самому.
— Хорошо, что я с вами встретился. А то пошёл бы не в ту сторону. Лучше отправлюсь к ближайшему городу. Бэгшот, да? На пару дней сил у меня должно хватить. А в городе уж будь что будет. Главное — пожрать.
— Главное — пожрать, — одобрила такой подход одна из сестричек и плотоядно облизала губы окровавленным языком.
— Знаете, Таро, может быть, вы взяли верное направление.
— В каком смысле?
— В смысле, иначе мы не пожрали бы, чего непонятного?! — загоготала лесная тень.
Младшая продолжала:
— Там километрах в десяти будет Навье озеро. Сильное место с дурной славой. Деревенские приходят только в праздники, когда пьяные и гурьбой. Обычно там никого.
— И зачем мне туда?
— Вчера туда проехал человек. Старик на старой лошади.
— А, да, точняк. Было такое. Мы не знаем, чего он туда попёрся. Старик и озеро.
— Родная моя, мы же видели у него удочки. Как думаешь, зачем человек с удочками ехал на озеро?
— Рыбачить, что ли? А Таро он зачем нужен? Рыбы пожрать? Так ему тридцать километров крюк. Пусть лучше сразу чешет в город. Там и пожрёт.
— Твоя сестра предлагает мне отнять у старика лошадь. Может быть, я так и сделаю.
— Вряд ли вы ухудшите себе репутацию, — усмехнулась лесная тень.
— Только старикана притопить не забудь. А то репутацию, ладно. Но на листовках нет описания твоей внешности, колдун. Хочешь, чтобы появилась? Если нет, то послушай меня — притопи старикана.
Глава 54
Уровень Сложности
Ингвар вспомнил, что ничего не спросил про преследовательницу.
Он простился с лесными тенями только пятнадцать минут назад. Сестры ещё не ушли далеко. Он закричал, забыв, что отряд Красных Волков может быть поблизости:
— Барышни!
Нет ответа.
Значит, сделать ещё один глоток из тыквы-горлянки и продолжить путь.
Ингвар пытался вообразить предстоящий диалог с рыбаком. Ничего не приходило в голову.
По сути, надо было определиться с одним из трёх вариантов.
Будет он уговаривать отдать лошадь, или попробует украсть её, или отобрать силой.
Нинсон плавно перешёл к вопросу, готов ли он убить ни в чём не повинного рыбака ради того, чтобы отобрать то, что необходимо ему самому. Жизнь Иггуля он легко обменял на свою.
Во-первых, Иггуль был подонком.
Во-вторых, кто-то из них двоих всё равно должен был остаться в земле.
Во всяком случае, тогда, хлеща друг друга ножами под раскатами грома и всполохами молний, они вряд ли могли бы договориться и разойтись миром.
Здесь же никто не должен умирать. Здесь можно просто не встречаться.
Так, ладно, а как бы действовал Таро Тайрэн?
Если бы он не думал о себе, как об Ингваре Нинсоне, которого лишь незнакомцы в неоправданно затянутых диалогах называют Таро, а на самом деле считал себя легендарным колдуном. Как бы он действовал?
Очевидно — колдовал.
Ладно, а как бы он действовал, если бы был Таро Тайрэном, но лишенным возможности колдовать?
Очевидно — наиболее эффективно. Ровно так, как советовала лесная тень.
Подкрасться, копьё в спину, забрать все припасы, притопить.
Нет. Такой образ мыслей решительно не устраивал Нинсона. Он остановился. Посмотрел на кусочки серого неба в вышине.
— Чей это Мактуб? — громко спросил он у древесных крон.
Уголёк заметался дымным облаком.
— Нет уж! Понимаю, что интереснее следить за тем, кто пойдёт на что угодно. Такие люди добиваются большего. Но это не их Мактуб! Не их, а мой, понятно?! Не несуществующего и легендарного Таро Тайрэна! Это я автор! Там не будет сцены с убийством старика просто потому, что так проще и быстрее! Ясно? Ясно?!
Уголёк испуганно смотрел на Нинсона большими глазами. Далеко запела птица.
Лалангамена больше никак не реагировала на эти вопли.
Ингвар зашагал дальше.
Размышлял о том, что в сагах герой частенько рассказывал всю правду первому встречному. И это неудивительно. Это вполне правдоподобно. В людях живёт потребность выговориться.
Удивительно то, как часто это заканчивается хорошо. Те, кто узнают правду, почему-то не начинают использовать её по прямому назначению — в качестве оружия.
От правды сердца тают, как восковые свечи. Вот чему учат саги.
Но это учение искренности и есть самая большая ложь.
И уже за одну эту невозможную, немыслимую неправду нельзя не любить их.
Нинсон подавился пятикратным «не», закашлялся, сплюнул густую слюну.
Это не просто двойное дно всех сказаний.
Это — великолепный ковёр.
Разостланный над глубоким колодцем.
