Я поёжился и перевёл взгляд себе под ноги. Он притягивал и пугал меня одновременно. Почему-то сейчас, в этот момент я вновь ощутил, что я, на самом деле, маленький мальчик, а он – взрослый парень, который непонятно что забыл рядом со мной. Это болью резануло по желудку. Это, или сливочный соус с грибами…
Я раскидывал кедами снежную кашу, не рискуя смотреть за тем, как Джерард курит. Я знал, как это подействует на меня. Кажется, я что-то хотел сказать, но ни одна фраза из той карусели слов в моей голове так и не легла на язык. Мы просто молчали. Я не знал, как поддержать его. Всё что угодно в этот момент прозвучало бы глупо и притянуто.
- Познакомился? – спросил он вдруг, когда половина дороги вдоль парка к моему дому была пройдена, а сигарета безвозвратно умерщвлена. – Это мои родители. Я на самом деле ничего не имею против них. Но мне, блять, тяжело находиться с ними под одной крышей после того, как их не бывает дома месяцами. Если бы мы жили вместе постоянно, возможно, всё было бы не так, или я привык бы. Или научился бы подстраиваться, как Майки. Но я не могу. Это давление выводит меня. Моя голова раскалывается...
- Я почувствовал это… – проговорил я тихо. – Это не круто.
Джерард усмехнулся, а потом посмотрел на меня:
- Как ты? Всё нормально? Ты словно бледный какой-то.
- Да, всё в порядке, – соврал я. Я не хотел говорить, что из-за того, что съел то, с чем мой организм плохо справляется, теперь буду мучиться. Это были мои чёртовы проблемы, а не его. Я не хотел усугублять ничьих конфликтов. – Может, просто устал. Долгий день.
Мы снова шли молча, и вот уже показался угол таун-хауса, где была наша квартира. На улице было почти безлюдно и тихо, мы дошли, неторопливо передвигая ногами, до самого крыльца. Джерард снова достал сигарету и нервно закурил, присаживаясь на ступени. Я встал рядом, прислонившись к перилам. Сейчас, когда он точно не смотрел, я не смог отвести от него взгляда. Словно что-то натянулось, дёрнуло меня к нему. Я положил руку на его волосы, совершенно не представляя, что же делать с ней дальше. Джерард даже не шелохнулся, глубоко и чувственно затягиваясь. Но едва мои пальцы заскользили по волосам вниз, как он прикрыл веки, выдыхая тугой клубок дыма. Словно именно этого ему не хватало.
Я никогда не думал о последствиях. Самыми последними в моей голове возникали мысли вроде «а вдруг кто-то увидит что-то, что не должен был видеть» и «кто и что может подумать обо мне». Мне всегда казалось, что мысли людей должны быть заняты ими самими, их проблемами, их любимыми… А никак не чужими людьми, на которых им, по сути, срать. Но зачастую эти «доброжелатели с чистым сердцем» больше всего на свете любили копаться в чужом, а не своём дерьме. Возможно, оттого, что своё пахло совсем уж невыносимо.
Я не убрал руку тогда, когда мимо нас прошла женщина из последней квартиры моего дома. Я даже не поздоровался с ней, опознав только по особенной прихрамывающей походке после, когда она уже скрывалась за поворотом. Мне не было дела до незнакомого мужчины или парня, шедшего по другой стороне улицы. Я хотел смотреть на Джерарда сейчас – и смотрел на него. Я хотел гладить его волосы и делал это, потому что на данный момент это было всё, что я мог сделать для него.
- Ты можешь приходить сюда в любое время, когда тебе захочется, – сказал я, наблюдая за одной из последних в жизни этой сигареты затяжек. – Один или с Майки… – добавил я зачем-то очевидное.
- Это звучит слишком заманчиво, Фрэнки, – грустно усмехнулся он. – Ты предлагаешь мне лечить одну проблему другой…
- Проблему? – не понял я. – О чём ты?
Он докурил и, затушив окурок о ступеньку, порывисто встал, оказываясь довольно близко ко мне.
- О тебе. И обо мне, – сказал он, наконец, негромко. – Мне… надо быть на последнем издыхании после работы, чтобы просто заснуть рядом с тобой, – проговорил он, смотря мне в глаза так, что мои онемевшие от странного предчувствия кишки начали медленно поворачиваться. Я воспламенился от него такого мгновенно, как лужа керосина, принявшая в себя зажженную спичку. – Ты понимаешь, о чём я?
Я понимал… Я, блять, слишком хорошо понимал.
- Но я, – голос подвёл меня, заставляя кашлянуть: глотка пересохла, и язык прилип к нёбу так, что я еле отодрал его, – не вижу никаких проблем в этом, – сказал я, не отрываясь от его глаз и чуть качнувшись в его сторону. Мы оказались так близко друг к другу, что я мог чувствовать тепло и никотиновый запах его дыхания. – Тебе не обязательно быть на последнем издыхании…
Он чуть нахмурился, а его брови встретились у переносицы.
- Ты говоришь это, но… Я не уверен, что то, что мы делаем – хорошо.
Он на мгновение отвёл взгляд, посмотрев куда-то за моё плечо, а моя рука неосознанно сжалась на ткани его пальто где-то в районе солнечного сплетения. Я схватил его со всей мимолётной яростью, что вызвали во мне его слова. Он не ожидал подобного.
