– Я приказал найти какой-то древний камень, да. – Лаверн напряженно пытался что-то вспомнить и с тревогой смотрел на брата. – Но погоди, откуда тебе все это известно? Ты уверен, что Джемини грозит опасность?
Ничто не волновало Лаверна сильнее, чем благополучие сына. Реки крови, пролитой его людьми, не стоили ничего в сравнении с нависшей над Джемини угрозой. Этим стоило воспользоваться.
– Я уверен, – соврал он. – Как только ты перестанешь быть им нужен, Верховная избавится и от тебя, и от твоей семьи.
В глазах Лаверна появился ужас. Он вскочил было, но тут же опустился в кресло и обмяк.
– Я знал, что им нельзя доверять, но когда Верховная пожертвовала жрицами ради Джемини… Она убила их! Убила ради моего сына! А шепот? Он обещал мне власть и силу, обещал, что мой сын станет великим императором!
– Тебя обманули, Лаверн, – тихо сказал Савьер. – Прошу тебя, мы должны остановить кровопролитие и помешать Верховной найти ключ.
– Она в замке, – вдруг признался брат.
Ладони Савьера стали влажными. Он постарался скрыть ужас, охвативший его, но голос предательски дрожал.
– Ты уже виделся с ней?
– Нет. Она навестит меня сегодня ночью. – Лаверн посмотрел на брата. – Ты врешь мне! Да, наверняка! Что тебе нужно? Власть? Я ведь доверял тебе! Как ты мог…
Он вскочил и попытался накинуться на Савьера, но тот с неожиданной ловкостью увернулся и позволил Лаверну повалить кресло и растянуться на полу.
Глядя на разъяренного брата, осыпающего проклятиями всех и вся, Савьер чувствовал жалость.
Разум Лаверна поврежден, он не понимает, кто враг, а кто друг. Очевидная ложь кажется ему правдой, а правда – вымыслом. Что же творится в его голове?..
– Лаверн, – Савьер неловко присел рядом с братом и положил руку на его плечо, – если ничего не сделать, Джемини умрет.
Он поступал гадко и ему было противно от самого себя, но другого способа привести брата в чувство Савьер не нашел.
– Нет… – прошептал Лаверн, бледнея. – Не позволю! Никто не посмеет…
– Мы спасем его. Но ты должен помочь мне. Вставай.
Они поставили перевернутое кресло на место. Лаверн принялся мерить комнату шагами, а Савьер сел, пытаясь выглядеть спокойным.
– Я потребую, чтобы Верховная рассказала мне правду!
– Она снова попытается тебя обмануть. Заклинаю тебя именами Трех, Лаверн, – Савьер подался вперед и заглянул в подернутые пеленой безумия глаза, – не верь ни единому ее слову.
– Ты врешь мне.
Лаверн остановился и уставился на брата.
– Что тебе напела мелкая мерзавка? Попыталась настроить тебя против меня, верно? Конечно, как же иначе! Всем вокруг хочется откусить кусок побо…
– Нуады обманули тебя один раз и попытаются сделать это снова, – как мог убедительно повторил Савьер. – Ты должен приказать солдатам схватить всех жриц, находящихся в замке, и запереть их в темнице под Домом-Над-Водой.
– Они мои союзники. Голос… Черная Мать говорила мне, что лунный народ… – Лаверн схватился за голову. – Ложь! Всюду ложь!
Лишившись остатков рассудка, он ринулся к столу и сбросил с него книги и свитки. Вино выплеснулось из графина и залило их. Не удовлетворившись этим, Лаверн попытался перевернуть стол, но тот оказался слишком тяжелым. Тогда он схватил стул и швырнул его в стену.
– Лаверн! – Савьер попятился к двери в надежде успеть позвать стражников. – Прекрати!
– Не смей мне указывать! Я император! Я!
Дверь, к которой пятился Савьер, вдруг распахнулась и ударила его. Он едва не упал, но знакомые руки успели удержать его.
– Что здесь творится?! – прошипела Хести. – Вы поставили на уши весь замок!
– А вот и остроухая мерзавка! – заорал Лаверн. – Что ты наговорила моему брату?! Что…
Хести мгновенно сориентировалась и приняла странную, неестественную позу. В воздухе перед ее вытянутыми руками появился символ, состоявший из спиралей и стрелок.
– Утверждаю! – выкрикнула она.
Лаверн пошатнулся и отступил на несколько шагов. Его лицо вытянулось от удивления, он оцепенел.
– Что ты сделала? – Савьер с опаской посмотрел на Хести.
– Закрыла его разум от голосов из Фаты.
– Все это время ты могла… – Савьер задохнулся от возмущения.
– Не злись, калека, это не навсегда, – буркнула Хести.
– Но ведь это не останется незамеченным! – тут же выпалил Савьер.
Он испугался за нее. За жрицу, которая ни разу не назвала его по имени.
– Мне конец, калека, – спокойно сказала Хести и криво усмехнулась. – Верховная заберет меня с собой, и я не знаю, смогу ли вернуться. Она все равно выпьет меня досуха, так что… Какая разница, убьет она меня сейчас или позже, верно?
«Разница есть. Для меня есть разница!» – хотел сказать Савьер, но струсил. Снова.
Тем временем Лаверн разглядывал их с выражением крайнего недоумения, застывшем на лице.
– Как… тихо, – пробормотал он, медленно опускаясь в кресло. – Как поразительно тихо…
Савьер молчал, боясь нарушить покой, воцарившийся в комнате. Лаверн спрятал лицо в ладонях и затих.
– И долго мы будем… – начала было Хести, но Савьер перебил ее.
– Дай ему время! – прошипел он.
– У нас нет времени! – так же тихо ответила она, но замолчала.
