Закрыв глаза, Ромэйн прижала к себе обломок копья и затихла. Она чувствовала, что Халахэль поднялся в воздух, но не хотела видеть этого.
Она почти отключилась, когда знакомый голос вырвал ее из странного, холодного оцепенения.
– Она ранена.
– Я вижу! Отойдите!
Ее положили на что-то твердое. С трудом открыв глаза, Ромэйн посмотрела на нависшего над ней Хэля и сжалась.
– Ей нельзя засыпать, – снова подал голос Мирай. – Она потеряла много крови и может умереть.
– Не умрет, – твердо сказал Халахэль. – Смотри на меня, ясно? Тебе ничего не угрожает.
Сил не хватило даже на кивок.
Он без промедления вспорол когтем свое предплечье, горячие капли упали на грудь. Ромэйн осоловело моргнула и попыталась отползти, чтобы не чувствовать отвратительного запаха крови, но Хэль обхватил ее шею и вынудил приподнять голову.
– Воняет, – прохрипела Ромэйн, пытаясь отвернуться.
– Однажды ты сама придешь ко мне, чтобы попросить крови, и тогда я припомню тебе эти слова.
Он прижал рану к ее рту, и Ромэйн осталось только смириться с этим.
– Этот день перестанет меня удивлять? – пробасил Барниш.
– Выглядит мерзко, – заключил Ливр.
С каждым глотком Ромэйн становилось лучше. Силы возвращались стремительно, а боль отступала, не оставляя ни малейшего напоминания о себе. Вскоре она смогла сесть и обхватить ладонями большую руку, покрытую шерстью и грубой потрескавшейся кожей.
– Вы должны увести ее отсюда, – сказал Хэль. – Генералы не должны вас найти.
– Я здесь впервые, куда я могу…
– Можно попробовать, – перебил Барниша Мирай. – Но нам нужно к воде. К большой воде.
– Это портовый город, вода совсем рядом. У вас хватит лошадей, чтобы добраться до берега подальше от Аша’таласа?
– Мы украли не лошадей, – не без гордости сказал Ливр, – а джамали! Поездка будет увлекательной!
– Главное, чтобы она была быстрой. – Хэль аккуратно убрал руку и заглянул Ромэйн в лицо: – Лучше?
– Гораздо, – призналась она. – Где Монти?
– Не знаю, – нехотя признался Хэль. – Я был занят твоими поисками.
– Мы должны вернуться и найти его.
Ромэйн попыталась встать, но без поддержки Халахэля снова повалилась на спину. Из мешков, на которых она лежала, выкатились большие зеленые корнеплоды, даже отдаленно не напоминавшие ничего, что росло в Свободных Землях.
– Ты пойдешь за Мираем и будешь делать все, что он скажет, – проникновенно сказал Хэль, нависнув над ней. – И если ты снова попытаешься удрать, я найду тебя и…
– И что? – Ромэйн толкнула его в грудь, но он не шелохнулся.
– Даже я уже понял, что если тебя поймают, то откроют трижды проклятые врата Фаты! – заявил Барниш. – Поэтому, леди, давай-ка ты спрячешь зубки и позволишь нам спасти наш хренов мир!
– Именно! Хренов мир!
В сарай ворвался порядком потрепанный Латиш. Он стряхнул с одежды пепел и оскалил кривые зубы.
– Ваш план прекрасен, но есть одно «но».
– Ну?
Мирай выглядел спокойно, но Ромэйн заметила, как его ладонь скользнула к рукояти клинка.
– Наш рогатый здоровяк тоже никуда не пойдет! – едва ли не радостно сообщил Латиш. – Потому что вы, друзья мои, две части одной очень опасной штуковины, которая не должна попасть не в те руки. Даже одной половины хватит, чтобы усилить Верховную и ее соты силы в десятки раз! Поэтому, прошу вас, не пытайтесь сбежать.
Хэль что-то прорычал. Ромэйн не могла отказать себе в удовольствии уколоть его:
– Что, не нравится, когда тобой командуют?
– Я позволяю это только тебе, – откликнулся он.
Возможно, Хэль пытался ухмыльнуться, но безобразная демоническая морда лишь оскалила жуткие клыки.
– Я не могу уйти, оставив Монти…
– Лорды благополучно покинули Аша’талас, – прервал Ромэйн Латиш. – Я видел их экипажи, когда возвращался.
– Что с генералами? – угрюмо спросил Хэль.
– Они живы. Частично. – Латиш хмыкнул. – Кто-то больше, кто-то меньше… Мерзавцы успели напиться крови! У них полно сил. Я-то думал, что века заточения иссушат их.
– Так у тебя не хватило сил, чтобы убить их?
– Времени. Я торопился к вам. Не то чтобы я тебе не доверяю, но… – Глаза Латиша наполнились жидким пламенем. – Нам пора! Куда, говоришь, нужно идти?
Пока Мирай и Латиш что-то обсуждали, Халахэль помог Ромэйн подняться и сказал:
– Оставьте меня одного ненадолго.
– Что-то случилось?
– Мне нужно принять человеческую форму. Это не слишком приятное зрелище.
– Подтверждаю! – выкрикнул Латиш. – Я как-то видел…
– Было намного лучше, когда ты молчал, – пробасил Барниш.
– Теперь-то ты не осмеливаешься затыкать мне рот?
– Ты так и не сказал, кто ты. – Ромэйн посмотрела на Латиша, которого все это время считала случайно привязавшимся к ним проходимцем.
– О, сейчас я все покажу! За мной!
Они вышли из деревянного сарая, чудом уцелевшего за стенами города. В неестественной темноте, опустившейся на окрестности, Ромэйн чувствовала себя уязвимой.
– Мы просто уйдем? Бросим жителей города? – Она обхватила себя руками и посмотрела на круживших в небе демонов.
– А что мы можем сделать? Хочешь, я спалю Аша’талас дотла, чтобы горожане не мучились? – предложил Латиш.
– Значит, идиотом ты все-таки не прикидывался, – проворчал Ливр.
– Вы всегда меня недооценивали!
