Он пригубил отвар и поморщился. Пить по вечерам он любил, а вот расплачиваться за содеянное утром – не очень. В голову лезли проклятые мысли, от которых он пытался избавиться долгие годы, но они упорно возвращались, сколько бы он ни топил их в вине.
Мать. Ледяная леди, как прозвали ее в народе. Суровая Мартильда, подарившая лорду Дома Ледяных Мечей всего одного сына.
Интересно, они вообще пытались зачать еще одного ребенка или в их спальне царил такой же холод, как в ее сердце? Неудивительно, что отец нашел утешение на стороне. Женщина, с которой он зачал Йеля, наверняка была нежной, доброй и теплой, раз уж отец решился притащить в замок бастарда.
Рай запомнил лицо матери в тот день, запомнил навсегда: прекрасное, безупречное лицо, искаженное гримасой отвращения и ужаса. Какой удар отец нанес ее гордости! Как тяжело она переживала! А он, Рай, радовался тому, что его мать проявляла хоть какие-то эмоции.
Все говорили, что от женщин Дома Черных Птиц ждать другого не приходится – это суровые люди, живущие в суровых условиях. Их родовой замок был окружен заснеженными пиками, и холод там стоял… впечатляющий. Рай знал об этом не понаслышке: как-то мать возила его к деду, ныне покойному лорду Гаусту, и тот пробирающий до костей холод он помнил до сих пор. И речь не о погоде.
Дед его, как и мать, отличался безупречной красотой и стальным характером. При встрече он даже не поднялся с трона, чтобы встретить дочь, лишь кивнул ей, а она кивнула в ответ. В тот миг Рай понял, в кого мать пошла характером.
У него были все шансы превратиться в уменьшенную копию отца или матери, но в какой-то момент Рай осознал, что отличается от родителей. Ему претила их ледяная красота, их идеальная осанка и безупречные манеры. Превратившись в угловатого юнца, который только-только потрогал девицу, он решил, что пора упорхнуть из гнезда и попытаться найти себя. Во время первой же вылазки в город его раздели до исподнего за карточным столом, и он вернулся в родовую крепость униженным, но не сломленным.
Младший брат, рожденный от большой любви (хоть и на одну ночь), вел себя скромнее и даже пытался прикрывать Райордана во время его отлучек из дома.
В детстве они не ладили – Рай думал, что Йель получит внимание отца, которого недоставало ему самому, но лорд Абботт был равнодушен к бастарду так же, как и к своему наследнику. Поняв это, Рай перестал задирать мальчишку и даже попытался с ним подружиться, в результате чего Йель превратился в его тень и был готов едва ли не есть из его рук.
Мать бастарда так и не приняла. Ходили слухи, что она трижды пыталась убить его, но попытки так и не увенчались успехом. Йель остался пятном на ее репутации, плевком в лицо ее роду. Каждый раз, когда она смотрела на него, Раю казалось, что она вот-вот достанет из рукава клинок и пронзит мальчишку насквозь.
Достоинство. Выдержка. Сталь. Девиз Дома Черных Птиц прекрасно описывал характер его лордов и леди.
Рай снова пригубил отвар и почувствовал, как шум в ушах начинает утихать. Хвала Трем, это мучение скоро закончится. Только страдая от похмелья, он погружался в воспоминания и начинал жалеть себя. Интересно, где сейчас та прекрасная рыжая девушка? Ему бы не помешало немного успокоиться и отдохнуть на ее груди, покрытой россыпью веснушек.
К нему подошел солдат и вытянулся в струну. Рай медленно повернулся к нему и спросил:
– Чего тебе?
– Поступило сообщение, что девушек, которых вы разыскиваете, видели неподалеку от Города Красных Крыш, – отчеканил солдат.
– Это далеко отсюда?
– Полтора дня верхом, милорд.
– Готовьте отряд и лошадей. Не больше десяти человек, я не хочу привлекать внимание.
Рай залпом допил отвар, бросил на стойку несколько монет и поднялся на ноги. Тело нестерпимо ломило от одной мысли о том, что ему предстоит провести в седле целый день, но делать было нечего. Оказаться на дыбе ему хотелось так же сильно, как умереть в когтях эмпуссий.
Взбираясь на лошадь, он вспомнил камень, изображенный на сложенном листке бумаги, и нахмурился. Что в нем особенного? Зачем он понадобился самопровозглашенному императору? Если в деле замешаны Убывающие Луны, можно не сомневаться, что в камне сокрыта сила, которую они пытаются заполучить. Можно ли использовать эту силу себе во благо? Что, если он просто украдет камень и…
И что? Ворвется в Хладную Крепость и свергнет отца? Станет лордом? Заставит мать полюбить себя?
Райордан усмехнулся. С последним не поможет никакая магия.
Город Красных Крыш представлялся ему уютным местечком, наполненным людьми и радостью, но то, что он увидел, въехав в ворота, тут же вернуло его из мира грез в суровое настоящее.
Эмпуссии, словно уродливые горгульи, расселись на крышах опустевших домов и смотрели на всадников с кровожадным интересом. Под их злобными взглядами Райордану стало настолько не по себе, что он едва не велел своему отряду поворачивать назад.
