Коридор закончился массивной запертой дверью. Не зная, чего ожидать, Умлаут постучался. Та медленно отворилась. На пороге стояла миловидная гоблинка в шелковистом черном платье. Темная кожа ничуть ее не портила. У нее были длинные черные волосы, маленькие ручки и ножки, а также - привлекательная фигура и красивенькое личико. Ростом она не доходила Умлауту и до пояса, но была настолько же приятна глазу, насколько стражник у главного входа - отвратителен.
- Значит, вы - Умлаут и Сезамия, - произнесла она таким же очаровательным голосом. - И лодка Пара! Я так рада наконец-то с вами познакомиться. Я - гоблинка Гвендолин, повелительница Горы Гоблинов, но пожалуйста, зовите меня Гвенни. Входите.
- Эм, спасибо, - неловко поблагодарил Умлаут. - Думаю, мы ошиблись дверью. Мы искали Наду-нагу.
- Она здесь, но я решила сначала побеседовать с вами сама. Принцесса не может быть беспечной.
- О, я не желаю ей вреда! У меня просто письмо для нее.
- Такое же, как разозлившее демона Юпитера, который запустил в нас Красным Пятном?
- Надеюсь, что нет! Добрый волшебник велел мне разносить письм, пока мы не найдем решение этой, эм, проблемы. Вот я этим и занимаюсь. - Но он прекрасно ее понял: с письмами следовало проявлять осторожность.
- Садитесь. Я приготовила для вас закуски.
- Эм, что?
- Я подумала, что вы наверняка проголодаетесь после долгого пути сюда.
Последнее, что они ели, - морковь. Юноша опустился на обитую плюшем кушетку, указанную гоблинкой, и Сезамия свернулась рядом с ним. Пара, поджав лапы, осторожно легла на ковер.
Гвенни принесла разукрашенный поднос, на котором стояли: два хрустальных кубка, блюдо с печеньями, нечто завернутое в пергамент - для змеи, и другое нечто, тоже завернутое в пергамент - для Пары.
- Мои ребята рыскали вокруг дальнего озера, - пояснила она. - И нашли эту свежую крысу. - Предводительница отдала добычу гоблинов Сезамии, которая оценила находку, моментально ее проглотив. - А еще принесли это, чтобы сжечь на костре. Но я вовремя увидела и спасла картину. Мужчины-гоблины не слишком-то умны. Думаю, на ней изображена твоя мать. - Гвенни раскатала пергамент, и верно, на картине была нарисована красивейшая в мире лодка мечты. Несмотря на отсутствие глаз, Пара явно ее увидела. Она смотрела на нее, пока не растворилась в воздухе, оставив картину лежать на полу.
- А я и не знал, что она на это способна, - удивился Умлаут.
- Дело не в магии, - объяснила Гвенни. - Она так захвачена картиной, что выпала из этой реальности.
Умлаут сообразил, что с ним произошел очередной приступ тугоумия. Разумеется, когда кто-то выпадает из мира, он становится невидимым для его обитателей. Почему-то он считал, что должно происходит наоборот.
- И это оставляет нас… - сказала гоблинка, присаживаясь рядом с Умлаутом, вполоборота к нему, и скрещивая ноги. Очень милые ножки. - Отведай корневого пива и закуси печенькой. - И она подвинула юноше поднос.
- Эм, спасибо. - Он взял один из кубков и печенье. Пробовать корневое пиво, после которого все начинали зрить в корень, ему уже доводилось. Однако вкус печенья показался ему странным - к тому же, выглядело оно сплошным переплетеньем проводов. - Раньше я таких не ел.
- Оно устанавливает твою личность и подгоняет вкус под нее, - просветила его Гвенни. - Так что потом любое из этих печений будет для тебя идеальным. Их очень любит КонПутер.
- Оу. - Дальнейшие протесты казались бесполезными. Умлаут взял следующую печенюшку и нашел вкус отменным.
Гоблинка отхлебнула из своего кубка и откусила кусочек собственного печенья. Мысль о том, как она зрит в корень или как печенье интимно ее личность, выявляя потайные пристрастия, почти выбила юношу из равновесия.
- Думаю, у нас много общего, - сказала Гвенни, заново скрещивая ноги.
Умлаут почти подавился, настолько это были очаровательные ножки.
Он запоздало понял, что она ожидала ответа, но понятия не имел, что бы такого сказать.
- Эм, может, если ты прочтешь письмо, то сама решишь, стоит ли Наде-наге его видеть. - Наклонившись, чтобы достать из сумки письмо, он случайно увидел еще больше под ее короткой черной юбкой. Юноше едва удалось вытащить конверт и выпрямиться. Он почти отключился. - Эм, вот. - Умлаут протянул ей листок.
Чтобы взять его, гоблинка наклонилась вперед. Поскольку она была намного ниже ростом, а ее платье обтягивало грудь, его взгляд уперся прямиком в декольте. На сей раз он-таки погрузился в транс. Умлаут понял это, внезапно увидев перед собой Гвенни с влажным платочком, которым она вытирала его лицо.
- С тобой все в порядке, Умлаут? Никогда себя не прощу, если ты почувствовал себя плохо от моей еды.
- Я, эм, я в порядке, - заверил он. - Я, то есть… - Что же ему сказать? Юноша выбрал правду. - Я, эм, немного наивен насчет некоторых вещей. Я, эм, увидел то, что не должен был, и отключился.
- Совершенно очаровательно, - расчувствовалась гоблинка, целуя его в щеку. От нее исходил слабый аромат роз. - Ты именно такой, каким тебя описала Метрия.
- Метрия! - Что еще она натворила! - Что она, эм, тебе наговорила?
